Этим летом именно небывалая жара стала причиной огромного количества лесных и торфяных пожаров в Подмосковье. Основные пожары под Москвой пришлись на восточные и юго-восточные районы области. Серьезно пострадал Шатурский район. Это и многое другое в студии "Вести ФМ" Наталья Шорох обсудила с главой Шатурского района Андреем Келлером.
Шорох: Андрей Давыдович, здравствуйте!
Келлер: Здравствуйте!
Шорох: Спасибо, что пришли. Ситуация тяжелая, несмотря на то, что МЧС заявляет, что все пожары в Подмосковье будут потушены к воскресенью, и Сергей Шойгу пришел к президенту просить снять ЧС во многих районах России, в том числе, в некоторых районах Московской области. Как вы оцениваете ситуацию, как глава Шатурского района. Района, который одним из первых загорелся и горел довольно сильно?
Келлер: Да, гореть мы начали с 12 апреля по обычной схеме, когда у нас бывают обычные пожары.
Шорох: Это стандартно?
Келлер: Это стандартно. Первый пожар был зарегистрирован 5 апреля.
Шорох: Что горело, торфяники или леса?
Келлер: Обычно возгорание начинается с чего: начинают сжигать прошлогоднюю траву не только дачники, но и детвора где-то балуется, где-то могут из проезжающих машин бросить окурок, начинается пожар. Пока есть влага, пробежал верховой огонь, сгорела травка, вроде бы и все. А где-то засело, с какой-то кочки начинает потихонечку разгораться, разгораться, если зашло в лес, то в лесу начинается пожар. В общей сложности к сегодняшнему моменту мы выезжали на тушение пожаров, а пожарами считается все площадью более 100 квадратных метров, это то, что регистрируется – 1264 раза. Если сравнить с показателями прошлого года, а прошлый год у нас был все-таки спокойный, то выездов за весь год было зарегистрировано 369. Сейчас почти в три раза больше, а год еще не закончился. Это первое. Но мы ведь готовились, для нас является обычной подготовка к пожароопасному периоду: составляются планы, составляются расчетные схемы взаимодействия, кто и какую технику поставляет, кто людей, кто занимается продовольствием, кто запасы ГСМ готовит, кто выделяет какие-то силы и средства. Но особенность этого года была не только в том, что начались пожары – это обычно для нас. Это обычно для Егорьевского, Луховицкого, Орехово-Зуевского, Павлово-Посадского и Ногинского районов, где раньше была торфодобыча, и туда можно еще записать Талдомский, Дмитровский районы Подмосковья, отчасти Раменский, отчасти Люберецкий районы. Там, где есть земля с большим количеством торфа. Шатурскому району "повезло": более 80 процентов всех площадей, а район у нас самый большой в Подмосковье – площадь нашего района 280 тысяч гектаров, 80 процентов – это торфяные почвы. Более 70 процентов леса растет на торфяных почвах. То есть, глубина залегания торфа от 50 сантиметров и глубже.
Шорох: Можно ли говорить, что ситуация в этом году особенная, когда стоит безумная жара, а по области еще жарче, чем в городе?
Келлер: Конечно, у нас никто не мог предполагать и рассчитывать силы и средства, что жара будет выше 30 градусов в Шатуре в течение 38 дней. А ведь доходило и до 42, и до 43 градусов. В Москве рекорды свои, а у нас – свои. Потому что на очаге возгорания температура все 50 с лишним градусов. Там турецкая или какая другая баня, только ароматы там немножко другие, совсем не самые приятные. Кто мог рассчитывать, что 52 дня вообще не будет осадков? Их просто не было! И когда мы задавали вопрос синоптикам, ребят, объясните, в чем проблема? В Егорьевском районе немножко прошел дождичек, в Ореховском, в Москве пару дней выпадали осадки. Нам говорят: Гусь-Хрустальный Владимирской области и Шатура – центр антициклона. Ребята, вас все обходит стороной! То есть у вас настолько высокое давление, что к вам никакой дождь не подойдет.
Шорох: Как вы справлялись?
Келлер: Я очень рад, что у нас работала единая команда, единый штаб пожаротушения. Мы работали с напряжением всех своих сил и продолжаем работать. У нас сегодня нет торфяных пожаров. Пожар в том понимании, что горит огонь, - такого нет. Но торфяной пожар гадкий и проказный – ушел под почву, даже дыма нет, на поверхности нет ничего. Он может в любую секунду появиться маленьким фитильком, и, что самое плохое для нас, если сильный ветер сдует прогоревший торф, появляется тот самый предательский пожар, который начинает меленькими шажками бежать и сжигать перед собой все, что может сжечь.
"Будем следить за порядком всем миром!"
Павел: Здравствуйте! Вот у меня такой вопрос. В центре "21-го поселка" стоит заброшенное здание старой "пожарки". И это здание является постоянным источником пожарной опасности. То есть, там каждую ночь собираются подростки и более взрослые ребята. Они пьют, разводят обязательно костры. И в прошлые года уже сгорело несколько строений, стоящих по соседству.
Келлер: Что касается этого, в прошлом пожарного, депо, я на эту тему обязательно обращу внимание.
Шорох: Но это, опять же, не касается торфяников.
Келлер: Надо сказать честно, и Павел должен был бы это подтвердить, что в этом году возгорания по "21 поселку", "Росинке-3, 7", там порядка двадцати садоводческих товариществ, "15-й поселок", "19-й поселок", "Сахалин", "Поздняки" начинались, на мой взгляд, с брошенного окурка. А уже потом пожинали пожары примерно на 70-ти гектарах торфяника и мелколесья. А вообще в том месте, скажу честно, замечательнейшая природа, прекрасная рыбалка, прекрасная охота, шикарные грибные и ягодные места. Я думаю, что садоводы влюблены в эту территорию, и должны вместе с нами ее беречь.
Шорох: Этот вопрос очень актуален в наши дни. Потому что, если о нас будет заботиться только МЧС, то оно везде успеть не сможет. Просто не хватит сил.
Келлер: Люди тоже должны помогать. Если мы всем миром не будем следить за порядком, выйдет не понятно что.
Полностью эфир программы "Скажите прямо" слушайте в аудиофайлах
Читайте и слушайте на радио "Вести ФМ": В Татарстане у безответственных водителей будут отбирать детей Луна обзавелась "морщинами"
