Всю жизнь Александр Вертинский, по собственным словам, ждал, что его откуда-то выгонят , а потом, может быть, пустят обратно. А кем он, собственно говоря, был? Модным богемным исполнителем эпохи декаданса? Куда ему тогда дорога после Октябрьской революции? Правильно: "Белой акации - цветы эмиграции". На всю оставшуюся жизнь. Да, он исколесил весь мир. Турция. Румыния, Польша, Франция, США, Китай.
В Шанхай Вертинский приехал в 1935-м. Как говорится, нашел место и время. Но все ближе к Родине. Неужели всерьез верил, что "может быть пустят"? Какой интерес он мог вызвать у советских людей своим творчеством? "В бананово-лимонном Сингапуре..."
Да это еще полбеды. В октябре 17-го Вертинский написал строки, ставшие эпитафией братоубийственной гражданской смуте "Я не знаю зачем и кому это нужно, кто послал их на смерть недрожавшей рукой. И никто не додумался просто встать на колени. И сказать этим мальчикам, что в бездарной стране даже светлые подвиги - это только ступени в бесконечные пропасти - к недоступной Весне".
В 1943-м Сталин неожиданно разрешил Вертинскому вернуться на Родину. Яркий пример любимой игры вождя в кошки-мышки. С одной стороны, певцу дали квартиру в Москве на улице Горького, вручили Сталинскую премию. С другой - окружили заговором молчания, вакуумом и пустотой. Ни публикаций, ни пластинок, ни одной песни по радио в собственном исполнении. Примерно так же потом поступят с Владимиром Высоцким. Вроде бы и есть такой, да только где ж его услышишь.
"Исполняется 40 лет моей театральной деятельности, - напишет перед смертью Вертинский, - и никто этого не знает. Да, мне и не нужно ничего... Я уже ко всему остыл".
Первая большая пластинка с записями песен Вертинского появилась у нас в стране лишь в конце шестидесятых. И произвела фурор. А умер певец в мае 57-го. В ленинградской гостинице "Астория", в привычном ожидании, что его оттуда выгонят. В город на Неве в те дни съезжались многочисленные делегаты какого-то очередного съезда.
