Российские производители зерна, которые в результате засухи потеряли почти треть урожая, получат поддержку государства. Аграрии могут рассчитывать на помощь из бюджета и на отсрочку по кредитам, сообщил в Оренбурге Владимир Путин.
По меркам нынешнего оренбургского лета, сегодня здесь вполне прохладно – всего 35. А было 40 и даже 45 – буквально на прошлой неделе. А вот дождей этим летом не было ни разу. В области введен режим чрезвычайной ситуации. 60 процентов полей, как здесь говорят, "мертвые". Палящее солнце практически не оставляет шансов получить урожай.
Аномальная погода (такого здесь не видели уже лет 10) уничтожила пшеницу и заставила списать треть ячменных полей. "Списать" на языке агрономов означает, что вместо положенных 15 центнеров с гектара здесь соберут всего полтора. Так что на вопрос Путина "Как у вас дела?" аграрии отвечают: "Плохо, Владимир Владимирович".
Вполне конкретное выражение этого "плохо" уже сосчитали в рублях. Хозяйство "Экспериментальное" – на грани банкротства. Ущерб – 19 миллионов. Плюс кредитные обязательства. И это вовсе не частное сельскохозяйственное горе. Засохли сразу шесть областей. Расквитаться с долгами им вряд ли удастся. И вот сегодня премьер обещает: ждать дождей вместе с фермерами будут и банки – кредиты пролонгируют.
- Первое: то, что касается хозяйств, которые занимались исключительно растениеводством, исключительно зерном. По этим уже, в принципе, решение есть до трех лет.
- Отлично.
- Да. Но для других, для тех, у кого хозяйство диверсифицировано, занимаются не только зерном, но и другими видами продукции, значит, у них все-таки должно быть ситуация полегче. Но я лично считаю, что тоже не просто увеличить – скажем, до девяти месяцев, до конца года.
Для фермеров эта новость, конечно, – спасение. Но даже сейчас, во время засухи, им хотелось бы развиваться. И тут же – вопрос, точнее, просьба к премьеру:
- А можно ли брать следующий кредит при пролонгации?
- Я думаю, что наличие невозвращенного, но пролонгированного кредита не должно быть основанием для того, чтобы банк не выдавал новые кредиты.
Впрочем, этот год должен стать все же исключением. Премьер считает: нужно быть дальновиднее, особенно в кризис. Жара – из числа предсказуемых рисков, и эти риски нужно страховать. Гендиректор "Экспериментального" хозяйства" Станислав Моисеев наверняка понял: Владимир Путин сейчас – как раз о таких, как он, и рассказывает: "Я говорю: а вы страховали? Он говорит: нет. Я говорю: пожадничал. Он говорит: нет, мы немножко застраховались, только пшеницу".
"Но страховать надо, – подчеркивает Путин. – Ну хорошо, у нас сейчас есть такая возможность всем помочь, несмотря на кризис. Понимаете, у нас кризис, и так дефицит бюджета, но всё равно мы имеем возможность вам помочь, имея в виду прежние наши запасы. Но они тоже исчерпаемы, поэтому у нас каждый сегмент экономики, в том числе и сельское хозяйство, по всем направлениям должно быть стабильным и надежным, сама система должна быть надежной".
Уже со следующего года страхование должно стать обязательным. Иначе государство помочь не сможет. Впрочем, эту засуху все же назвали форс-мажором – в России погибли почти четыре миллиона сельхозгектаров. "Мы никого не бросим. В беде никого не оставим. Но иждивенчество порождать тоже нельзя. Все должны работать. И работать напряженно. И на федеральном уровне, и на региональном, и сами предприятия", – указал премьер.
Впрочем, страна не почувствует засухи. Урожая, конечно, будет чуть меньше. Не 108 миллионов тонн, как в прошлом влажном году (его Путин сегодня назвал подарком природы), а 85. И даже это больше, чем нужно. 30 миллионов отправят на экспорт. Сельское хозяйство в целом неплохо держит кризисный удар. Удержаться под солнцем поможет правительство.
