В понедельник исполняется 2 года со дня гибели одной из новейших атомных подводных лодок ВМФ России "Курск" и всех 118 членов ее экипажа. Несмотря на то, что официальная версия гибели крейсера названа, вопросов о причинах аварии по-прежнему больше, чем ответов.В понедельник исполняется два года с того трагического дня, когда во время учений Северного флота в Баренцевом море погибла одна из новейших атомных подводных лодок ВМФ России "Курск" и все 118 членов ее экипажа. В гарнизоне Видяево, откуда лодка ушла в последний поход, в понедельник откроют памятник погибшим морякам. Их родственники придут на могилы, которые после подъема атомохода появились в разных уголках страны. Несмотря на то, что официальная версия гибели крейсера названа, вопросов о причинах аварии по-прежнему больше, чем ответов. Причина неразберихи, по мнению самих подводников, очевидна. В России до сих пор нет документа, регламентирующего порядок проведения подобных расследований.

Два года назад президент России пообещал, что будет проведено тщательное расследование и причину катастрофы обязательно установят. Правительственная комиссия и Генпрокуратура огласили свои выводы в преддверии второй годовщины трагедии.

"Катастрофа произошла вследствие взрыва торпеды внутри торпедного аппарата и дальнейшего развития взрывного процесса в боевых зарядных отделениях торпед", - сказано в заключении Генпрокуратуры.

"Одна фраза о том, что причина - взрыв торпеды, это несерьезно, - заявил "Известиям" Роман Колесников, отец погибшего в 9-м отсеке капитан-лейтенанта Дмитрия Колесникова. - Видно, что причины так и не установлены, но уголовное дело закрыто, а виновных нет. Другого мнения от родственников я не слышал".

Во всем мире органы прокуратуры в расследовании таких катастроф должны ответить на вопрос: "Кто виноват?" И если есть таковые, привлечь их к ответственности. Комиссия же ставит перед собой две другие задачи: установить причину происшествия и выработать меры, чтобы подобного не произошло в будущем. Российская прокуратура попыталась ответить на все три вопроса сразу. Правительственная же комиссия, члены которой еще в июне обещали опубликовать свои выводы, пока молчит. Почему?

"Известия" выяснили, что в России до сих пор не существует документа, регламентирующего правила расследования морских катастроф с военными кораблями. При аварии по традиции создается правительственная комиссия. В советское время ее всегда возглавлял секретарь оборонного отдела ЦК КПСС, досконально разбиравшийся в проблемах флота. Однако главой комиссий по "Курску" стал вице-премьер Илья Клебанов, не имевший к подводному флоту никакого отношения. Кроме того, в нее включили заинтересованных лиц - командование Северного флота, которое отправили в отставку лишь в декабре прошлого года.

"В США председатель комиссии и большинство членов - люди независимые, - рассказал "Известиям" контр-адмирал Георгий Костев. - Обычно это отставные адмиралы. Они много знают, и следствие длится всего несколько месяцев".

Между тем в военной авиации России, где происшествий, безусловно, больше, чем на море, уже давно действуют установленные правительством "Правила расследования авиационных происшествий". В них четко записано, какой орган организует расследование (Служба безопасности полетов), кто может возглавить комиссию (только лицо, имеющее летное образование), а "членами комиссии могут быть лица, имеющие соответствующую квалификацию, прошедшие специальную подготовку, после которой им выдаются удостоверения установленного образца".

По мнению экспертов, если бы такие же правила действовали и на флоте, то россияне уже давно владели бы полной информацией о гибели атомохода "Курск". А виновные в катастрофе понесли бы соответствующее наказание.

Мировой опыт проведения расследований подводных катастроф по просьбе "Известий" прокомментировал Тенгиз Борисов, вице-адмирал, профессор, доктор технических наук, в 1992-1994 годах - председатель Комитета подводных работ особого назначения при правительстве России:

"Правил расследования "подводных инцидентов" в мире не существует. В случае гибели подлодок местные власти создают комиссии из наиболее компетентных представителей ВМФ и ученых. Огласке предаются только выборочные выводы экспертов. Как правило, персональные дела виновных в происшедшем (если они живы) передаются на рассмотрение военных судов. В обвинительных заключениях нередки выражения - "преступная халатность" или "непредвиденная на море случайность".

Столь масштабных, как в случае с "Курском", трагедий в мировой военной истории практически нет. И все же любой англичанин обязательно вспомнит гибель в конце тридцатых годов дизельной подлодки "Сквилус". Тогда впервые при помощи спасательного колокола удалось вызволить весь экипаж - 70 человек. Специальная комиссия сделала соответствующие выводы, но до сих пор в Великобритании истинные причины аварии скрываются от широкой общественности.

У американцев была своя национальная трагедия, связанная с исчезновением и гибелью атомной субмарины "Трешер". В 1963 году командование ВМФ США решило провести ходовые испытания лодки в водах Атлантики. Во время глубоководного погружения связь с "Трешер" неожиданно оборвалась. Последними словами экипажа были: "Пытаемся продуть балласт". Пропавшую подлодку искали долгие месяцы. Наконец на глубине трех тысяч метров обнаружили и подняли на поверхность ее обломки. Все 129 членов экипажа погибли. Известно, что все это время работала очень серьезная государственная комиссия. Однако до сих пор главную версию гибели "Трешер" военные не предали гласности.

То, что заявляют официально, не выдерживает, на мой взгляд, никакой критики: слишком много нестыковок. Прежде всего, если предположить, что Устинов прав и первый взрыв произошел в торпедном аппарате, то аппарат разорвало бы в средней части, и таких разрушений не было бы. Если предположить даже что осколки полетели внутрь корпуса, туда бы хлынула вода. А второй взрыв произошел бы мгновенно, а он был через 135 секунд. Это совершенно нереально. Я как подводник и специалист, занимавшийся расследованием катастроф, могу сказать, что описываемая комиссией картина совершенно нереальна".