Правящий в Иране клерикальный режим оказался на пороге глубокого политического кризиса. На политическом Олимпе Ирана столкнулись интересы двух "тяжеловесов" - иранского верховного лидера аятоллы Али Хаменеи и президента страны Мохаммада Хатами.Правящий в Иране клерикальный режим оказался на пороге глубокого политического кризиса, невиданного со времен исламской революции 1979 года. На политическом Олимпе Ирана столкнулись интересы двух "тяжеловесов" - иранского верховного лидера аятоллы Али Хаменеи и президента страны Мохаммада Хатами. Пока в их борьбе за власть установилось хрупкое равновесие, однако силы слишком неравны и, скорее всего, Хаменеи в этой борьбе победит.
Корни нынешнего конфликта - в противоречиях нынешней конституции. Основной закон страны гласит, что главой государства является его духовный лидер - аятолла, который правит пожизненно. Консервативно настроенный Али Хаменеи, занявший этот пост после смерти имама Хомейни, контролирует ключевые институты государства: органы правосудия, армию и силы безопасности. Вторым лицом в государстве является президент, избираемый всенародно сроком на четыре года. Реформатор Мохаммад Хатами, переизбранный на этот пост в 2001 году, формально не контролирует ключевые рычаги власти. Тем не менее он руководит деятельностью правительства и пользуется широкой поддержкой меджлиса (парламента), где большинство мандатов принадлежит его сторонникам.
Итак, президент Хатами бросил смелый вызов духовному лидеру страны, заявив о намерении взять на себя часть его властных полномочий. На прошлой неделе Хатами представил на рассмотрение парламента два законопроекта, которые расширяют его полномочия и, в частности, дают президенту страны право указывать высшему руководству страны на нарушения и отступления от конституции. Законопроекты также дают президенту право назначать специальные комиссии для расследования фактов нарушения конституции и принятия соответствующих мер. В минувшее воскресенье парламент Ирана подавляющим большинством голосов принял оба законопроекта.
В минувшие дни произошло событие, которое еще более обозначило противостояние сторонников Хаменеи и Хатами. Речь идет о судебном процессе над сторонником Хатами - либерально настроенным профессором Хашемом Агхаджари, который был приговорен к смертной казни. Суд вынес столь суровый вердикт лишь за то, что профессор призвал к реформе исламских институтов в Иране. Правда, обвинение утверждает, что Агхаджари оскорбил самого пророка Мухаммеда, поэтому, мол, заслуживает смертной казни. Во вторник в Тегеране около трех тысяч студенов отказались посещать лекции и, выйдя на улицы, скандировали лозунги в защиту Агхаджари. За ученого заступились и видные политические деятели страны, поддерживающие президента Хатами. Спикер парламента Ирана Мехди Карруби потребовал от Верховного суда отменить смертный приговор. В среду сам президент Хатами впервые заявил о необходимости смягчения судебного решения.
Во вторник прервал свое молчание и духовный лидер страны. Али Хаменеи, не называя Мохаммада Хатами по имени, в резких выражениях предостерег его о недопустимости нарушения конституции. Он напомнил, что "все должностные лица должны следовать букве закона". Таким образом, Хаменеи дал понять, что использует данное ему конституцией право вето и откажется подписать два реформаторских закона, принятых парламентом в воскресенье. Более того, Хаменеи прозрачно намекнул, что если три ветви власти - исполнительная, законодательная и судебная - не прекратят распри, то он как духовный лидер будет вынужден прибегнуть к "народной силе". Он не уточнил, что имеет в виду, но наблюдатели в Тегеране сразу расшифровали эзопов язык аятоллы. Духовный лидер имеет в виду Корпус стражей исламской революции (КСИР). Согласно конституции, аятолла Хаменеи является верховным главнокомандующим КСИР, куда входят около семи миллионов "басиджей" - фанатично настроенных исламистов, прошедших воинскую подготовку и готовых выполнить любой приказ духовного лидера страны. Говоря в своем выступлении о "народной силе", Хаменеи, бесспорно, имел в виду басиджей. Кстати, у духовного лидера Ирана есть удобный повод для того, чтобы охладить реформаторский пыл президента Хатами. 26 ноября в Иране пройдут ежегодные показательные учения воинов-басиджей.
Корни нынешнего конфликта - в противоречиях нынешней конституции. Основной закон страны гласит, что главой государства является его духовный лидер - аятолла, который правит пожизненно. Консервативно настроенный Али Хаменеи, занявший этот пост после смерти имама Хомейни, контролирует ключевые институты государства: органы правосудия, армию и силы безопасности. Вторым лицом в государстве является президент, избираемый всенародно сроком на четыре года. Реформатор Мохаммад Хатами, переизбранный на этот пост в 2001 году, формально не контролирует ключевые рычаги власти. Тем не менее он руководит деятельностью правительства и пользуется широкой поддержкой меджлиса (парламента), где большинство мандатов принадлежит его сторонникам.
Итак, президент Хатами бросил смелый вызов духовному лидеру страны, заявив о намерении взять на себя часть его властных полномочий. На прошлой неделе Хатами представил на рассмотрение парламента два законопроекта, которые расширяют его полномочия и, в частности, дают президенту страны право указывать высшему руководству страны на нарушения и отступления от конституции. Законопроекты также дают президенту право назначать специальные комиссии для расследования фактов нарушения конституции и принятия соответствующих мер. В минувшее воскресенье парламент Ирана подавляющим большинством голосов принял оба законопроекта.
В минувшие дни произошло событие, которое еще более обозначило противостояние сторонников Хаменеи и Хатами. Речь идет о судебном процессе над сторонником Хатами - либерально настроенным профессором Хашемом Агхаджари, который был приговорен к смертной казни. Суд вынес столь суровый вердикт лишь за то, что профессор призвал к реформе исламских институтов в Иране. Правда, обвинение утверждает, что Агхаджари оскорбил самого пророка Мухаммеда, поэтому, мол, заслуживает смертной казни. Во вторник в Тегеране около трех тысяч студенов отказались посещать лекции и, выйдя на улицы, скандировали лозунги в защиту Агхаджари. За ученого заступились и видные политические деятели страны, поддерживающие президента Хатами. Спикер парламента Ирана Мехди Карруби потребовал от Верховного суда отменить смертный приговор. В среду сам президент Хатами впервые заявил о необходимости смягчения судебного решения.
Во вторник прервал свое молчание и духовный лидер страны. Али Хаменеи, не называя Мохаммада Хатами по имени, в резких выражениях предостерег его о недопустимости нарушения конституции. Он напомнил, что "все должностные лица должны следовать букве закона". Таким образом, Хаменеи дал понять, что использует данное ему конституцией право вето и откажется подписать два реформаторских закона, принятых парламентом в воскресенье. Более того, Хаменеи прозрачно намекнул, что если три ветви власти - исполнительная, законодательная и судебная - не прекратят распри, то он как духовный лидер будет вынужден прибегнуть к "народной силе". Он не уточнил, что имеет в виду, но наблюдатели в Тегеране сразу расшифровали эзопов язык аятоллы. Духовный лидер имеет в виду Корпус стражей исламской революции (КСИР). Согласно конституции, аятолла Хаменеи является верховным главнокомандующим КСИР, куда входят около семи миллионов "басиджей" - фанатично настроенных исламистов, прошедших воинскую подготовку и готовых выполнить любой приказ духовного лидера страны. Говоря в своем выступлении о "народной силе", Хаменеи, бесспорно, имел в виду басиджей. Кстати, у духовного лидера Ирана есть удобный повод для того, чтобы охладить реформаторский пыл президента Хатами. 26 ноября в Иране пройдут ежегодные показательные учения воинов-басиджей.
