Граната, нож, топор: жуткие нападения на женщин

Башкирские следователи выясняют обстоятельства жуткого убийства в детском саду. С воспитательницей расправился бывший муж – так он отомстил ей за развод. В последнее время сообщения о смертельных семейных сценах появляются едва ли не каждую неделю. Современные Отелло все чаще выносят сор из избы и совершают преступления на публике. Откуда взялась их изощренная жестокость? И как спастись от домашних тиранов?

Эти кадры сделаны за пару минут до убийства воспитательницы детского сада из небольшого башкирского поселка Старые Киешки. Мужчина в черной куртке – ее бывший муж. Уверенным шагом он подходит к зданию дошкольного учреждения. То, что произошло позже, осталось за кадром.

Но следовали установили: Даниил Лугманов нанес своей супруге Эльвире 5 ударов ножом. Его задержали на месте преступления. Уже в зале суда на избрании меры пресечения предполагаемый убийца не прячет лицо от журналистов. В его глазах – равнодушие и холод.

- Вы у детей хотя бы можете попросить прощения?
- Пока нет.
- Вы понимаете, какое наказание вам грозит?
- Я знаю.
- Вы готовы его понести?
- Конечно. Этого я не боюсь.

Они прожили вместе 20 лет, воспитали двоих детей. Соцсети бывших супругов пестрят совместными снимками. Путешествия на море, прогулки на катере, фото в обнимку и сияющее лицо Эльвиры.

Оказалось, эта улыбка давно была фальшивой, а кадры – показным благополучием. По словам соседей, Даниил часто выпивал, издевался над женой и угрожал убийством. Однажды даже поджег дом.

"К забору прижал и играл ножом перед глазами за то, что она не идет к нему жить", – рассказывает мать убитой Эльвиры Лугмановой Райфа Салихова.

Одна из таких семейных ссор попала в объектив уличных камер: обезумевший мужчина гонится за бывшей женой с ножом. Брат Эльвиры заявляет: она жаловалась в полицию, но безуспешно.

"Издевался над моей сестрой. В милиции сказали: убьет – приходи, потом будем решать. Вот он и убил", – говорит Алик Салихов.

Бизнесвумен из Ленинградской области Елена Шпак тоже жаловалась на избиения мужа. Последний раз он ножом отрезал ей волосы. В полиции заявление приняли, но в возбуждении уголовного дела отказали.

- По данному заявлению в установленном порядке была проведена проверка и принято процессуальное решение. При этом обращений об угрозах в адрес женщины не поступало.

Через две недели муж Елены, Сергей, пришел в салон красоты, который принадлежал его жене, выстрелил ей в лицо и 10 раз ударил топором.

– Я просто в шоке. Часто ругались, что я могу сказать, они очень часто ругались, на площадку выходили.

Еще одна жуткая история – из Владимирской области. Житель Коврова Максим Волков сначала сыпал угрозами в адрес бывшей в соцсетях, а после пришел к возлюбленной на работу в рыночный павильон и привел в действие ручную гранату. Пострадали трое, в том числе сам ревнивец. Несколько недель он провел в реанимации. Как только полегчало, отправился под арест.

"Мужчине предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 30, пунктом "е" части 2 статьи 105 УК. Вину в совершенном преступлении он не признал", – сообщила старший помощник руководителя СУ СК по Владимирской области Мария Серова.

Регионы захлестнула волна семейного насилия. И если раньше агрессивные ревнивцы размахивали кулаками исключительно у себя на кухне, то сейчас они все чаще выносят сор из избы и сводят счеты с близкими людьми на глазах у публики.

"Ему было важно, чтобы другие видели, насколько он главнее. Мы находимся в ситуации хронического стресса. Это не может не влиять на психику людей, и очень многие люди демонстрируют ярко выраженное тревожное состояние", – говорит психолог Анетта Орлова.

Эти жуткие истории вновь заставили заговорить об ужесточении наказания домашним тиранам. В феврале 2017 года статья "Побои" была декриминализирована. С тех пор кухонных боксеров не отправляют в колонии, а лишь штрафуют. Уголовное наказание грозит лишь за повторный случай насилия в течение последующего года.

"Мы, законодатели, должны были немедленно принять закон о профилактике семейного бытового насилия. Я не знаю, сколько еще должно произойти трагедий, чтобы у моих коллег что-то сдвинулось в голове, и чтобы они поняли актуальность этого закона", – говорит депутат Госдумы Оксана Пушкина.

Риторика противников этой статьи проста: сначала нужно четко отделить реальную угрозу от семейных споров-раздоров, которые возникают в каждой семье. Ведь нередко такие конфликты заканчиваются примирением, а заявления побитых жен отправляются в корзину.

"Из 10 возбуждаемых дел 9 окажутся прекращенными. Я считаю, что уголовная и правовая система нашей страны должны более активно и более жестко поступать. Не бояться возбуждать дела. И все-таки надо внести изменения, чтобы изменение позиции жены не влияло на дальнейший ход уголовного дела", – говорит юрист Жан Семенов.

О проблеме семейного насилия несколько фильмов сняли журналисты программы "Расследование Эдуарда Петрова". Жертвы домашних тиранов рассказывали журналистам, что порой просто боялись обращаться за помощью в полицию или в кризисный центр. Героиня одной из самых громких историй – Маргарита Грачева, которой муж-тиран отрубил кисти рук, – напротив, считает, что лишь огласка может изменить ситуацию.

Сейчас Маргарита переехала в Санкт-Петербург и вновь вышла замуж. Каждый день она получает по несколько писем от пострадавших женщин.

"Громких случаев очень много, но в плане закона мы никуда не движемся. Я пока не знаю, что должно произойти, чтобы это сдвинулось. Пока – только огласка", – говорит она.

Но чаще всего огласка происходит уже после трагедии, когда человека не вернуть. Ревнивец из Башкирии Даниил Лугманов, обвиняемый в убийстве своей жены, воспитательницы детского сада, арестован на два месяца. Накануне в башкирском селе прошли похороны Эльвиры.

Родственники убитой считают, что самое серьезное для него наказание – не смертная казнь, а долгая жизнь вне воли. И считают, что женщину погубило равнодушие – не только полицейских, которые не дали делу ход, но и окружающих, которые могли вмешаться в конфликт, но решили остаться в стороне.