"Драма в шести действиях": кого накажут во Франции

Во Франции развернулась "драма в шести действиях", как ее назвали журналисты. Это произошло после публикации открытого письма военных, критикующих власти за бездействие перед лицом радикальной исламизации страны. Заявление 20 отставных генералов и тысячи других офицеров спровоцировало снежный ком реакций. Ультраправая Марин Ле Пен их поддержала, лидер левых Меланшон осудил. Министр обороны Франции обещала наказать тех, кто еще служит. А начальник генштаба – уволить из резерва "отставших от жизни пенсионеров, которые берутся судить за всю армию". И только главный адресат письма – президент Макрон – промолчал.

С бывшим командиром эскадрона французской жандармерии Жан Пьером Бернадаком корреспонденты ВГТРК встретились на юге Франции. Спокойный, улыбчивый любитель пошутить сразу становится серьезным, как только речь заходит о его письме, под которым до сих пор продолжают ставить подписи не только военные, генералы и офицеры, их уже около 20 тысяч, но теперь и гражданские. Потому что он озвучил то, о чем многие думали, но сказать боялись. И назвал главные проблемы во Франции.

"Я писал как раз об этом, прежде всего – идеологическая, появилась целая университетская культура, которая напоминает то, что делают в США. Суть в том, чтобы сносить статуи, ломать то, что является гордостью и знаковым в истории Франции", – говорит капитан французской армии в отставке Жан-Пьер Фабр-Бернадак.

Из последнего: в Руане решением властей обезглавили Наполеона, установленного на центральной площади еще в середине 19 века. Спустя 200 лет после смерти императора французы вдруг стали называть его расистом, колонизатором, деспотом и женоненавистником. Официально монумент на реставрации, но возвращать его не хотят: мэр предлагает уступить место недавно почившей даме-феминистке Жизель Алими.

Знаменитый университет институт политических исследований – кузница политической элиты не только Франции, но и мира, его заканчивали Франсуа Миттеран, Жак Ширак, Эмануэль Макрон, Престижное учебное заведение захватила идея левого расизма, внутри целая галактика из разных групп учащихся, которые считают себя угнетенными жертвами белых. Объединенные цветом кожи, происхождением или религией студенты устраивают дискуссии и встречи, куда белым вход запрещен. И это открыто поддерживают новые политики, к примеру кандидат в президенты региона Иль-де-Франс Одре Пюльвар.

"Если туда придет белая женщина или белый мужчина, их нельзя выпроваживать за дверь, но от них нужно потребовать заткнуться. Пусть будут молчаливыми зрителями", – говорит кандидат на пост президента региона Иль-де-Франс Одре Пюльвар.

А еще военных беспокоит то, что в стране за последние несколько лет резко вырос уровень преступности. Окраины городов превратились в закрытые анклавы, где процветает наркоторговля, орудуют банды.

"Я уехал из Парижа в маленький город на 25 тысяч человек, и даже там был район, где постоянно что-то случалось, жгли машины, гоняли повсюду под окнами по улицам", – говорит капитан.

Все это вкупе с обнищанием и одичанием населения – термин использовал нынешний глава МВД – становится плодородной почвой для быстрого распространения радикальных исламистских идей. Виновата во многом бесконтрольная миграция, сказал еще в 2018 тогдашний министр внутренних дел Жерар Коломб. Он же сказал, что через 5 лет процесс трансформации общества станет необратим.

В пятницу в Рамбуйе прощались со Стефани Монферме, сотрудницей полиции, которую зарезал очередной мигрант. Ее мужу и двоим дочерям премьер передал орден Почетного легиона, которым женщину наградили посмертно. Всех пятерых задержанных по делу отпустили. Убийца Гамель Горшен приехал из Туниса нелегально в 2009-м, жил без бумаг и даже получал помощь от государства, в прошлом году ему выдали вид на жительство по сроку давности пребывания во Франции. Радикализировался через интернет, ездил в Тунис, пребывал в депрессии. В феврале даже пошел к психиатру, но врач решил, что лечение не нужно. Спустя три месяца он дважды ударил ножом женщину-полицейского.

"Нападавший хотел безотлагательно перейти к действиям после того, как посмотрел пропагандистские ролики, прославляющие мученическую смерть и джихад", – рассказал глава антитеррористической прокуратуры Франции Жан-Франсуа Рикар.

Из 42 террористов (если вести отсчет с 2015 года) лишь четверо – местные, остальные приезжие или дети иммигрантов. Иностранцы занимают четверть всех мест во французских тюрьмах, если добавить к ним сидельцев с двойным гражданством, то цифра, по некоторым данным, вырастет сразу в три раза.

Неоднократно судимый мигрант из Алжира избил до полусмерти фотографа местной газеты в Реймсе, мигрант из Туниса устроил резню в соборе в Ницце. Учителю Самуэлю Пати отрезали голову у стен школы. Власти не смогли выслать хотя бы тех иностранцев, кто уже числится в списке опасных для Франции лиц. Выявить новых радикализированных без криминального прошлого еще труднее, их тоже много. Закон по борьбе с исламизмом в процессе разработки претерпел такие изменения, что стал лишь рафинированным подобием жестких мер. В стране тем временем уже около миллиона мигрантов без бумаг.

Еще один мигрант с французским паспортом родом из Мали вообще избежал наказания за убийство, при том что до этого шесть раз сидел за насилие, кражу, наркотики и оружие. В апреле 2017 года он забрался в соседнюю квартиру к директору яслей Саре Алими и стал ее избивать, потом выбросил с балкона с 3 этажа, кричал, что убил дьявола района. 65-летняя женщина была еврейкой. Суд признал его невменяемым, убийцу отправили в больницу. Французы взорвались от гнева и вышли протестовать.

Протесты вообще отдельная тема в письме военных. Полицейские, которые регулярно подвергаются нападениям исламистов, стали теперь козлами отпущения, на них люди срывают накопившуюся злость. Первого мая в Париже опять произошли бои. На улицу сразу в нескольких городах вышли члены профсоюзов, желтые жилеты, молодежь, вместе с тем около шести сотен хулиганов. А с другой стороны – такие же недовольные, уставшие и даже не вакцинированные полицейские, которые вынуждены терпеть шквал оскорблений в свой адрес.

Такой безнаказанности раньше не было, вспоминает Жан-Пьер, стряхивая пыль со своей фуражки.

Во Франции сегодня уважают только военных, по опросам, положительно к ним относятся до 90% французов. А почти половина требует от них взять власть в свои руки. Левые политики усмотрели в открытом письме попытку повторить алжирский путч. Ровно 60 лет назад генералы подняли вооруженный мятеж против Шарля де Голля за то, что тот решил предоставить Алжиру независимость.

"Мы имеем дело с военными, которые призывают других военных к восстанию. Это недопустимо. Недопустимо, потому что они посягают на республиканское устройство государства. Мы требуем наказать виновных", – заявил депутат Национального собрания Франции Жан-Люк Меланшон.

Министр обороны Флоренс Парли обещала отправить тех, кто в запасе, сразу на пенсию, еще 18 проходящих службу солдат предстанут перед военным советом, их карьера, вероятно, закончится. Остальным глава ведомства посоветовала впредь молчать.

"Нельзя, чтобы так продолжалось, молчание приведет к гибели нашей страны, один генерал сказал мне, если мне нужно выбирать – быть наказанным или спасти Францию, я выбираю спасти Францию", – говорит Жан-Пьер Фабр-Бернадак.

Впрочем, спасать они предлагают исключительно политическим путем. Это работа власти, армия готова помочь, если нужно, поддержать того, кто способен действовать. Идею тут же подхватила Марин Ле Пен, популярность которой за месяц подскочила сразу на 8 пунктов. Но Жан Пьер опасается, что в обществе уже настолько накипело, что независимо от того, кто победит на предстоящих выборах, во Франции начнутся волнения, которые могут перерасти в гражданскую войну.