Красное и белое вино, салаты, горячие закуски: ужин на финальном заседании экспертов "Валдайского клуба" - традиция. Такая менее протокольная атмосфера призвана сделать разговор более неформальным.
Но Путину, конечно, в итоге пришлось, не останавливаясь, отвечать на вопросы. И первый - о превращении компании "Роснефть" в настоящего мирового нефтяного гиганта после покупки полного пакета акций ТНК-ВР. Столь масштабное государственное участие в этом бизнесе, признался президент, беспокоило и его тоже. Однако без неотложных мер было уже не обойтись.
"Между участниками компании ТНК-ВР не было абсолютно никакого единства, а была постоянная в течение многих лет борьба, переходящая в рукопашную время от времени. И я их когда-то предупреждал, когда мы вместе с Блейром присутствовали при подписании документов о создании этого совместного предприятия 50 на 50, они его сделали неработающей структурой. И я тогда уже сказал: я и правительство России не будем возражать, если иностранный партнер получит контрольный пакет. Так же как мы были рады, если бы российский получил контроль, но кто-то должен управлять. Мне сказали: нет, мы договоримся, мы там все это между собой урегулируем. Не договорились, не урегулировали, и вся их деятельность развивалась от конфликта к конфликту", - рассказывает президент России Владимир Путин.
Теперь же, после соглашения стоимостью 60 с лишним миллиардов долларов, которое уже окрестили сделкой века, ТНК-ВР не просто вливается в "Роснефть", "Бритиш Петролеум" становится акционером российской корпорации - более 19 процентов акций. Сильный ход в условиях мирового экономического шторма, который и не думает заканчиваться.
"Кризис не проходит, как мы все ожидали, по буквам U или W, а по букве L. То есть он усугубляется", - говорит советник президента Германо-российской внешнеторговой палаты (Германия) Александр Рар.
"Я все время вспоминаю нашего ученого Кондратьева, который говорил о длинных волнах кризиса. Похоже, что эта длинная волна подошла. Конечно, это системный кризис - то, что мы наблюдаем в Еврозоне. За счет чего расти? В долг, в долг, в долг. Станок печатный начали уже включать. Сначала нужно устранить системные проблемы, которые привели к такому состоянию, а потом уже добавлять дополнительные средства. Если сделать наоборот, то дополнительные средства будут просто растворены, они только временный дадут толчок под мягкое место", - объясняет Владимир Путин.
В кризисной ситуации, по мнению Путина, страны должны идти на сближение. Однако в Европе, похоже, так и не могут до конца определиться: так кто же для них Россия? Партнер или конкурент? И многочисленные совместные проекты вынуждены развиваться в условиях не менее многочисленных преград для них.
"Мы не можем никак договориться по безвизовому режиму. Это просто смешно. Европа имеет безвизовый режим с некоторыми латиноамериканскими странами. Там что, разве вопрос криминогенный лучше обстоит, чем в России? Да нет, конечно, это просто смешно. Я даже не понимаю, чем наши коллеги руководствуются", - недоумевает Владимир Путин.
"У Европы - шизофрения. Одна часть хочет сотрудничать более тесно с Россией, другая не хочет", - считает Александр Рар.
"Будьте добры сравнить вашу концепцию Евроазиатского Союза с образцом Европейского Союза. Без самостоятельной валюты, такой как Евро, тоже трудно будет говорить об экономической координации", - говорит Юзеф Олекса, в 1995 - 1996 гг. - премьер-министр Польши.
"Мы имеем определенное здесь преимущество. Потому что, как только садятся дискутировать в ЕС 27 стран, 27 языков, такая бюрократия, что там просто сдохнуть можно, чем дослушать до конца, что какой-то конкретный выступающий скажет в своем выступлении. Сил не хватает ни у кого там сидеть уже. У нас русский язык, язык естественного межнационального общения. Нам сам Бог велел подумать об интеграции. Что мы и делаем. Но в свое время было принято решение, что каждая из этих стран будет вводить свою национальную валюту. С одной стороны, это плохо, потому что рубль утратил свою позицию, с другой стороны, это хорошо, потому, что каждая страна проводит свою экономическую политику", - рассказывает Владимир Путин.
Оценка российской экономической политики прозвучала несколько неожиданно, учитывая, что участники "Валдайского клуба", как и многие другие, указывали на чрезмерную зависимость страны от нефти и газа.
"Мы начали с довольно плохого сценария, а перешли на то, что "братцы, не так и плохо". И Россия до 2030 года может вполне выйти на уровень развития сегодняшней Швейцарии", - полагает директор Центра изучения государственного управления и общественной политики Карлтонского университета (Канада) Пётр Дуткевич.
Другой вопрос, какие условия для этого должны быть соблюдены? Сколько будет стоить нефть, газ, и появятся ли в России производства и технологии, способные стать такими же моторами экономики, как сейчас сырье? Окончательный доклад "Валдайского клуба" будет передан российскому руководству в декабре.
