В Европе тоже идет бюджетный процесс. Греки, например, протестуют, что уровень жизни им предлагают теперь куда ниже того, к которому они в последнее время привыкли. С южным темпераментом они громят, жгут и формируют отряды радикальных националистов, которые уже у кого-то силой что-то отнимают и отнятое между кем-то делят. Общество дробится, внутри страны всё меньше согласия и доверия. На севере Европы бюджеты крепче, на юге трещат. Линия конфликта "север-юг" переместилась в старый свет и раскалывает его. Нехватка денег всегда подхлёстывает сепаратизм. Яркий пример - Испания.

На этой неделе Мадрид похож на Афины: здесь тоже полицейские кордоны вокруг парламента и толпы демонстрантов, пытающихся перелезть через заборы, расставленные вокруг генеральных кортесов.

Они называют себя "indignado" (возмущенные), и каждый день у них появляются для этого новые поводы. 28 сентября премьер Рахой объявил о новых сокращениях государственных расходов и о налоге на лотерею: тот, кто выиграет больше 2500 теперь отдаст в казну 20 процентов. Отдавать больше, получать меньше - такая модель выхода из кризиса не устаивает Каталонию, которая дает пятую часть национального ВВП. Провал заранее обреченных переговоров, на которых президент автономии Артур Мас пытался выбить из Мадрида налоговую независимость, становится поводом к антиконституционному демаршу.

"После встречи с премьер-министром страны я понял, что о налоговых послаблениях для Каталонии мы так и не договоримся, поэтому я принял решение распустить парламент и провести новые выборы 25 ноября", - говорит глава правительства Каталонии Артур Мас.

Эти выборы одновременно станут референдумом о независимости, которую Каталония потеряла 298 лет назад. Ежегодный митинг в печальную дату 11 сентября в этом году, по официальным данным, собрал полтора миллиона человек или треть населения автономии. На главном рынке Барселоны, там, где режут свинину и потрошат рыбу, всякий отложит нож, чтобы поговорить об этом.

"Мы хотим мира и спокойствия и не хотим, чтобы кто то говорил: мол, каталонцы вздорный народ. Но Каталония уже и сейчас в значительной степени независима, это просто надо закрепить юридически. А в душе, в сердце и исторически мы независимы", - рассуждает жительница Барселоны Беатрис Хеменес.

После объявления референдума на площади перед парламентом Артура Маса подбадривают массы "не бойся президент! мы с тобой!" Умеренный политик, лидер центристской партии "Конвергенсия и Унио", прежде не замеченный в симпатиях к сепаратистам, скорее, делает вид, что не боится идти против конституции, так как это уже сделали 85 муниципалитетов Каталонии, провозгласивших себя "свободными территориями". На администрации городка Сан Педро де Торейо вместо испанского флага преступно висит сепаратистская "la estelada". Перед мэром Жорди Фабрега Коломером, потомственным республиканцем в свитере и рабочей куртке, независимость открывает ясную перспективу.

"Референдум будет первым шагом, после чего мы начнем выстраивать государственную систему. Свои налоги, своя политика и экономика. Мы не планируем выходить из ЕС. Евро останется нашей валютой. Таких процессов, конечно, прежде нигде не происходило, но мы понимаем, что раз мы внутри Евросоюза, то нас уже никто и не выгонит", - рассказывает Глава муниципалитета Сан-Педро-Де-Торельо Хорди Фабрега Коломер.

Это ошибочное мнение, Мадрид дал понять, что никакого ЕС для Каталонии вне Испании не будет. Но сепаратисты формулируют с простой декрет: мы новое независимое государство. И это бесповоротно. Локомотив движения - 170 тысячная армия болельщиков "Барсы". Юис Суреда торгует винилами и координирует деятельность фан-клубов. Для таких как он, футбол будет политикой, до тех пор, пока его команда играет в испанском чемпионате.

"Барса" могла бы играть в итальянской или французской лиге. Любая страна будет рада принять такой клуб. Эта Испании надо переживать. Наши принесли ей очень много побед, и пусть попробует поиграть без Пуйоля, Хави, Вальдеса и других каталонцев", - говорит владелец магазина Юис Суреда.

Италия и Франция, может, были бы рады каталонскому клубу, если бы в Италии не было сепаратистской северной лиги, а во Франции Корсики. А в Бельгии проблемы Фландрии, а в Португалии Мадейры. Словом, не только у Испании есть основания блокировать попытки Каталонии самоутвердиться, как государству. Проблема в том, что теперь эти попытки невозможно просто игнорировать.

"Новизна ситуации в том, что мы видим резкое нарастание поддержки идей независимости, которое отличается от того сепаратистского фонда, который всегда присутствовал в Каталонии. Этот процент сейчас настолько велик, что удивляет даже тех, кто выступает за отделение", - говорит профессор кафедры конституционного права университета Барселоны Хуан Винтро.

Насколько искренне это делают правящие в Каталонии центристы, неважно. Для них это в первую очередь вопрос сохранения власти. Ведь, по опросам, выходит, что только 25 процентов населения хочет оставаться испанской автономией, так что исход референдума очевиден. Не понятны последствия.

Экономический кризис впервые так остро обозначил угрозу передела политических границ. 25 ноября со здания парламента и вообще со всех властных учреждений Каталонии могут исчезнуть испанские флаги, она откажется отчислять налоги в бюджет и признавать юрисдикцию центрального правительства. Это кажется невероятным? Но политика перестает быть искусством возможного, когда ее делает улица.