Призрак бродит по Европе, призрак популизма. Так, перефразируя первую фразу "Манифеста Коммунистической партии", можно охарактеризовать перемены в политических элитах в ряде стран ЕС в уходящем году. Под влиянием экономических трудностей и стремления евробюрократии причесать всех под одну гребенку, все большее число европейцев хотят видеть на своей национальной политической сцене свежие лица. Надоели старые. Тем более что и "гребенка" на поверку не совсем общеевропейская, а та, что выберут гранды единой Европы во главе с канцлером Меркель.
Показательны оказались недавние парламентские выборы в Испании. Они увенчались развалом двухпартийной системы, состоявшей из социалистов и правых, и уходящей корнями еще в годы после гражданской войны. Теперь в парламенте треть мест заняли, выросшие как на дрожжах недовольства традиционными элитами, новобранцы из новых партий, возглавляемых постфранкистским поколением политиков. Правящей правой "Народной партии" во главе с премьером Мариано Рахоем удалось получить лишь относительное большинство мест в парламенте. При этом потеряли около 70 мандатов, в основном из-за антикоррупционных разоблачений, коснувшихся чуть ли не всех партийных боссов. Правые теперь не могут сформировать правительство в одиночку.
Поражена коррупцией оказалась и главная оппозиционная Социалистическая партия, выступившая еще хуже, чем на прошлых выборах. Главным бенефициарами выборов стали отъявленные леваки из недавно созданного движения "Мы можем" (Podemos). Оно напоминает греческую "СИРИЗУ" Алексиса Ципраса, выступая против мер жесткой экономии. Хотя именно благодаря бюджетной жесткости правительства Рахоя, выступившего по этой части "примерным учеником Европы", Испании удалось добиться позитивных сдвигов в экономике. Долговой коллапс отодвинут, безработица сокращается второй год, хотя по-прежнему выше 20%, начался экономический рост. Но многим людям, как и в Греции, и в других странах, надоело терпеть бесконечное затягивание поясов. Эту "неметчину", которую, как считается, навязывает всей Европе Германия. Тем более терпеть на фоне откровений прессы о том, что сами правящие политики никакие пояса не затягивают, а, напротив, оттягиваются почем зря за счет бюджета. Другим новобранцем испанского парламента стало правоцентристское движение "Граждане". Они, состоят в основном из предпринимателей, и более ответственны, чем леваки. Но все равно хотят полной смены лиц на политической сцене.
В ситуации, когда ни одна из двух старых партий не может набрать голосов даже на коалиционное правительство, казалось бы, выход только в большой коалиции правых с социалистами. По примеру того, как устроен правительственный блок в Германии. Но тут встает проблема личной несовместимости Рахоя и лидера социалистов Педро Санчеса. Они так сильно друг друга ненавидят, что, как говорилось в одном фильме, "аж кушать не могут". Причем, объективно правым и социалистам и надо бы объединиться. Во имя единства страны. Мадриду брошен дерзкий вызов со стороны Каталонии, провозгласившей курс на независимость. Конституционный суд назвал эти действия незаконными, но сепаратизм от этого не рассосался. А поиски компромисса между Мадридом и Барселоной не ведутся. Такое торжество безответственности тоже теперь часто встречается в европейской политике. Нет там нынче ни де Голля, ни Черчилля. Разве что фрау Меркель.
Леваки из Podemos хотят конституционной реформы и разрешения права на выход из королевства. Правые и социалисты – против. Испания теперь зависнет с незаконченными экономическими реформами и точно без стабильного правительства. Зато с абсолютно реальной угрозой ухода самой богатой автономии страны. Но эту угрозу, судя по политическим дрязгам, никто в упор видеть не хочет.
О том, что навязываемые, прежде всего, Германией всей Европе жесткие меры финансовой экономии в борьбе с кризисом расшатывают политические режимы по всей Европе, на днях заявил в интервью The Financial Times итальянский премьер, сам из лево-центристов, Матео Ренци. "Я бесконечно уважаю Ангелу Меркель, и у нас с ней прекрасные отношения, сказал он, но Европа должна служить всем 28 странам ЕС, а не только одной". Собственно, именно в этом контексте следует понимать недавний демарш Ренци, потребовавшего обсудить пролонгацию антироссийских санкций. Мол, нечего штамповать решения Берлина. Как не надо, к примеру, копировать банковские правила немецких "шпаркасс" на Италию и другие страны.
Пример той же Греции показал, что механическое следование бухгалтерским советам насчет баланса бюджета и урезания социальных расходов в пору кризиса не привело к экономическому росту. А ради чего тогда вся эта жесткая экономия, спрашивается? И этот риторический вопрос ведет к росту популистских сил не только в Испании или Греции, но и в Португалии в лице "Левого блока".
Или в Польше, где недовольство вездесущими "евростандартами", напротив, привело к власти правых. Партия "Право и справедливость", позиционирует себя как более независимая от Брюсселя, который в ответ называет нынешний режим в Польше "диктаторским". Кстати, недавние успехи "Национального фронта" во Франции на местных выборах – тоже проявление роста недовольства традиционными элитами. В той же Италии совершенно безответственные популисты из "Движения Пяти звезд", у которых вообще нет никакой внятной программы, кроме "Долой традиционных политиков!", уже пользуются поддержкой трети итальянцев, лишь на пару процентов отставая от правящей партии.
Бродя по Европе, призрак популизма может наделать немало проблем. Главное, чтобы не столько же, сколько предыдущий призрак-шатун, о котором писали Маркс и Энгельс.
