24 января в 16:32 в международном терминале аэропорта Домодедово, где встречают прибывших пассажиров, прогремел взрыв. Мощность взрывного устройства, сработавшего в аэропорту, составила от 5 до 10 килограммов в тротиловом эквиваленте. В результате теракта 35 человек погибли и более ста пострадали. В Москве и Подмосковье в среду объявлен День траура в память о жертвах теракта. Такое решение приняли мэр Москвы Сергей Собянин и губернатор Московской области Борис Громов. Специалисты отмечают, что население отреагировало на теракт в целом спокойно. Что это: привычка или наше равнодушие? Кто стоит за терактом и кому он нужен? Почему во всем обвиняют руководство Домодедова? Это и многое другое Владимир Соловьев и Анна Шафран обсудили со слушателями "Вести ФМ" в программе "Утро с Владимиром Соловьевым. Полный контакт".
Соловьев: Сегодня объявлен траур в Москве и Московской области. По-прежнему обсуждается, кто стоит за терактом, который произошел в аэропорту Домодедово, и кому он нужен. И вот, что я вам скажу: я вчера, конечно, слушал коллег, смотрел, и у меня было ощущение, что я нахожусь в каком-то безумном мире. Просто как безумный мир, когда на полном серьезе кричали: "Срочно посадить руководство Домодедова, как они посмели, мерзавцы, негодяи, подонки…" Вообще, народ понимает, что он произносит? Выяснилось, что правда никого не волнует. Всем показывают какой-то гигантский манок, все на него клюют. А правда же совсем в другом. Правда состоит в том, что в столице нашей Родины, в городе-герое Москве действовали несколько банд, планировавших проведение терактов, ряд из этих терактов не состоялся.
То есть получается логика очень интересная… Вот люди на полном серьезе кричали: надо ставить рамки. Хорошо. Вопрос к господину Маркову и Следственному комитету: а если бы взрыв произошел не в "грязной зоне", за которую, кстати, отвечает милиция, если господин Маркин этого не знает, а до рамок, или, вообще, на площади привокзальной, в месте ожидания автобусов? Мы бы посадили кого? Кого бы требовали немедленно расстрелять? Или бы сказали, надо ставить рамку при въезде в аэропорт? То есть, может быть, нам тогда просто ставить рамки при входе в подъезд, вообще, всюду, где могут пойти люди, поставить рамку. А еще лучше, чтобы каждый ходил со своей рамкой. Через рамку проходил здороваться, прощаться. Всюду рамки поставить. То есть, оказывается, это теперь метод борьбы с терроризмом? Никто не задает вопроса, до сих пор никто не спросил: а кто был этот смертник? Почему никто не взял на себя ответственность, какой смысл был этого взрыва? Все стали кричать: вот, Домодедово, безопасность. Вот я встречался со многими людьми, которые профессионально занимаются в том числе аэропортами, они говорили: у всех такая система.
Где были те, кто должны за это отвечать? ФСБ? Где агентурная сеть? Где она? Где милиция? Кто контролирует перемещение? Как произошла утечка пластида? У нас что, в аптеке пластид продается? Как произошла встреча пластида со взрывником? Где обучали эту женщину или этого мужчину? Где его готовили? Это что, Домодедово должно расследовать? Служба безопасности Домодедова? Как взрывчатка и смертники оказались в Москве? Это что должна дирекция автобусного парка отвечать, если смертники приехали из Северного Кавказа или откуда-то еще?
Если сейчас появились версии, что взорвался чемодан, то что делал человек с чемоданом в зоне ожидания? Может быть, он откуда-то прилетел? Почему эту версию никто не рассматривает? Человек, ожидающий с чемоданом, вызывает подозрение, а человек, прилетевший с чемоданом, – это уже другой вопрос. Тогда вопрос: откуда он прилетел и как досматривали там? Вот сейчас в газетах появилось: "Взрыв в чемодане". Откуда чемодан взялся? Неинтересно. Интересно орать: отдайте, отдайте объект, отдайте. Как насчет того, чтобы расследование провести? Хотя бы перед криками.
Шафран: Прямо сейчас с нами на связи исполнительный директор аэропорта Домодедово Денис Нуждин. Денис, доброе утро.
Нуждин: Здравствуйте, Владимир, здравствуйте, Анна.
Соловьев: Здравствуйте, Денис. Несмотря на громкие заявления, Вас еще не посадили? Извините за цинизм вопроса. Потому что в последнее время возникло ощущение, что пока Вас лично, не знаю, не распнут на Красной площади, не успокоятся и не начнут смотреть, что реально произошло.
Нуждин: У меня так же, как и у всех остальных имеется информация, что вчера было возбуждено еще одно уголовное дело, по которому началась активная работа, – дело о проверке соблюдения требований транспортной безопасности в аэропорту Домодедово.
Соловьев: Если я правильно понимаю, то там, где произошел взрыв, - это "грязная зона". Там кто находится? Пассажиры или там находятся просто граждане России, не находящиеся в системе правовых отношений с авиакомпанией и с аэровокзалом?
Нуждин: Там находятся встречающие, провожающие, возможно, стояли перевозчики, таксисты и так далее.
Соловьев: Находятся ли они в зоне вашей юрисдикции? То есть, по закону, можете вы подойти к любому из них и сказать: а ну-ка, давайте, пройдемте на досмотр? Или даже осмотреть их при входе?
Нуждин: Служба авиационной безопасности проводит досмотр пассажиров. Выборочный досмотр проводится сотрудниками УВД совместно со Службой безопасности аэропорта.
Соловьев: Давайте, я переведу это на русский язык. То есть, если они не заключили правовые отношения, то есть не купили билет и не стали пассажирами, то они к вашей юрисдикции не относятся? То есть с ними может работать по нашей Конституции, по Закону "О милиции", только милиция, правильно понимаю?
Нуждин: Да.
Полностью эфир программы "Утро с Владимиром Соловьевым. Полный контакт" слушайте в аудиофайлах
