Госдума обратилась к новому мэру столицы с просьбой убрать с карты Москвы имя большевика Войкова. В официальной справке Института российской истории Академии наук засвидетельствовано, что Петр Войков являлся одним из организаторов убийства царской семьи и лично принимал в нем участие. На сегодняшний день имя Войкова носит район в Москве, станция метро, а также пять улиц и проездов. Нужно ли менять названия или лучше перестать бороться с собственной историей? Это и многое другое Владимир Соловьев и Анна Шафран обсудили со слушателями "Вести ФМ" в программе "Утро с Владимиром Соловьевым. Полный контакт".
Соловьев: Парламентское большинство поддержало инициативу единоросса Владимира Мединского, предложившего обратиться к мэру Москвы Сергею Собянину с вопросом о переименовании улицы, района и станции метро, которые носят имя Петра Войкова. По словам депутата, Войков лично участвовал в принятии решения о расстреле царской семьи, и его имя не должно быть увековечено. Напомню, что сам Петр Войков захоронен у Кремлевской стены. То есть в Кремлевской стене. И вот вопрос, который почему-то стал очень активно обсуждаться в последнее время, и для начала хотелось бы понять, а кто такой был этот самый Петр Войков? И надо ли избавиться от этих названий улиц, станций метро, районов городов, заводов? Или надо все-таки перестать бороться с собственной историей?
Шафран: Прямо сейчас с нами на прямой связи Владимир Лавров, российский историк, доктор исторических наук, заместитель директора по науке Института российской истории РАН. Владимир Михайлович, доброе утро!
Лавров: Доброе утро!
Соловьев: Доброе утро! Скажите, пожалуйста, кто был этот самый гражданин, столь увековеченный, и почему именно сейчас он так ненавистен? Вот что это за личность в истории была?
Лавров: Это террорист. Петр Лазаревич Войков родился в 1888 году, был меньшевиком, входил в боевую дружину меньшевиков, участвовал в перевозке бомб и совершении покушения на ялтинского градоначальника.
Соловьев: На Думбадзе.
Лавров: Да. Затем, скрываясь от ареста за террористическую деятельность, жил в Западной Европе. Вернулся с Лениным в Россию...
Соловьев: И, по-моему, там неплохо жил. То есть заодно поучился в университетах, женился на богатенькой и проживал деньги ее родителей.
Лавров: Да он и потом жил неплохо, работая в аппарате временного правительства. Но сделал правильный выбор - вступил в августе 1917 года в большевистскую партию, а в 1918 году он был комиссаром снабжения Уральской области и был одним из тех, кто принял решение об уничтожении царской семьи. Причем лично участвовал в этом. Он должен был объявить царю и семье о расстреле в подвале, очень тренировался, думал, что войдет в историю. Однако Юровский его опередил – первым объявил и стал стрелять. Что касается Войкова, то он добивал дочерей, поскольку пули попадали в корсеты и рикошетили, и они расстреляны не были. Он ходил и протыкал их штык-ножом, то есть резал ни в чем не виноватых девушек. А потом, поскольку по образованию он был химик, он руководил уничтожением трупов и участвовал в том, когда эти трупы опять же расчленяли, отрезали руки, ноги, головы и поливали серной кислотой, жгли. Это вот все делал Войков.
Соловьев: У нас на связи Юрий Бондаренко, президент фонда "Возвращение", который, ну, наверное, жизнь положил на то, чтобы избавиться от упоминания о такого рода людях в названиях российских городов и улиц. Юрий, доброе утро!
Бондаренко: Доброе утро! Войков – это настолько одиозная фигура, в неприятии которой сошлись столь разные люди, как либералы, так и наиболее консервативные православные деятели, и стилистика их, в общем-то, малоотличима, что очень здорово. Общественное мнение страны, сколь бы различным оно ни было, ну, за исключением разве что крайне "красного спектра"…
Соловьев: А коммунистам-то чем он мил? Он и коммунистом-то был недолго, и как коммунист, в общем-то, не прославился.
Бондаренко: Удивительно. Честно говоря, я сам удивляюсь. Они в частных беседах говорят: "Ага, дай вам только Войкова убрать, вы ведь не остановитесь". Вот они понимают, что на нем, как мясо на шампуре, нанизана вся эта лживая пирамида.
Соловьев: Юрий, ну, с другой стороны, это же наша история.
Бондаренко: Ну, понимаете, кто спорит-то? Понимаете, это настолько ложный посыл, я понимаю, что он не ваш. Видите ли, и Вера Засулич, и Войков, и Ленин, и Чикатило, и Ягода, и Берия, и Сталин – все это наша история. Но принято называть в честь чего-то хорошего в истории, а не в честь истории как таковой. Поэтому, помня нашу историю, какая бы она ни была, давайте все-таки в названиях употреблять лучшее.
Полностью эфир программы "Утро с Владимиром Соловьевым" слушайте в аудиофайлах.
Читайте и слушайте:
Собянин сдержал обещание "не махать шашкой"
В Москве презентовали алколазер для ГИБДД
Британия будет узнавать новости через русских олигархов
Русский блогер - особый блогер. Реплика Максима Кононенко
