Опубликованы имена погибших во время крушения буровой платформы "Кольская". В списке 9 фамилий – те, кто опознан по документам. Остальных продолжают искать. Родственники буровиков надеются на появление в ближайшее время другого списка – виновных в трагедии. Всплывают всё новые подробности, из которых ясно: владельцы платформы в тот день отправили 67 человек на верную гибель.
Поисковая операция не прекращается ни на минуту ни днем, ни ночью. К гражданским спасателям подключились военные, но все усилия пока дают мало результатов. Шторм продолжается, найти живых не удается. А даже найденные тела погибших нет возможности доставить на берег. Волны в девять метров высотой не дают буксиру зайти в порт. Все, что остается, – ждать погоды и патрулировать район катастрофы.
Сегодня опубликованы имена погибших. 39 не найдены, а потому считаются пропавшими без вести. Среди них – капитан Михаил Терсин. Его дочь рассказывает, что отец звонил незадолго до трагедии, просил поставить свечку в церкви. И он, и капитан буровой платформы Козлов знали, что буксировка в таких условиях смертельно опасна.
"Они писали, отказывались, жена Козлова сказала, что он даже рапорт писал по собственному. Не подписали, – рассказывает Наталья Дмитриева, дочь начальника службы эксплуатации флота и безопасности мореплавания Михаила Терсина. – И вот их поставили обоих на буровую и папу поставили старшим буксировщиком, а когда прозвучал сигнал "SOS", его назначили начальником".
Зачем руководству судовладельца – государственной компании "Арктикморнефтегазразведка" – понадобилось задним числом оформлять такую бумагу? Почему были проигнорированы не только протесты обоих капитанов, но и прямой запрет на буксировку в Охотском море до конца февраля? В компании утверждают – все это сделать им разрешила страховая компания.
"Они выдали заключение – а просто так такое не дается", – заявляет генеральный директор компании "Арктикморнефтегазразведка" Юрий Мелихов.
Страховые компании в самом деле отвечают за большие деньги. Но если даже они очень большие, то это только деньги.
"Решение принимает первый руководитель по буксировке, подписывает и утверждает план буксировки. Назначается руководитель буксировки приказом руководителя предприятия. В соответствии с этим планом и должна осуществляться буксировка", – поясняет Вячеслав Урманчеев, государственный эксперт федерального автономного учреждения "Главгосэкспертиза России".
"Обязательно проводится освидетельствование объекта в части готовности для подобного перехода и только после этого дается свидетельство на разовый переход, в котором содержится исчерпывающая информация и рекомендации по осуществлению этой операции", – рассказывает Константин Пальников, директор департамента государственной политики в области морского и речного транспорта Министерства транспорта РФ.
Согласовать и получить разрешение на буксировку нужно было в Морском регистре. Но судовладелец туда даже не обращался. По мнению бывшего капитана Владимира Доли, вся операция по буксировке изначально была спланирована неправильно.
"Там должно было быть еще одно судно – спасательное", – объясняет Владимир Доля, бывший капитан-наставник Государственной службы наблюдения за флотом при администрации рыбного порта.
В общем, заставили ходить "по морю, аки посуху". Судовладелец перед катастрофой не общался ни с государственными органами надзора, ни позаботился о дополнительных спасательных средствах. Он согласовывал свои действия с коммерческими партнерами. И, очевидно, торопился. Буровая платформа стоимостью минимум в 100 миллионов долларов после бурения последней скважины скоро должна была отправиться работать по новому контракту.
