США и Великобритания обсуждают возможность ликвидации Каддафи. Владимир Путин задается вопросом: кто дал международным силам такое право? Получается, что демократия и либеральные ценности Запада – фикция? Это и многое другое Владимир Соловьев и Анна Шафран обсудили со слушателями "Вестей ФМ" в программе "Утро с Владимиром Соловьевым. Полный контакт".
Соловьев: Давай поставим фразу человека, который четко и ясно говорит о современной международной ситуации. Правда, это не нравится вашим западным аналитикам. Владимир Путин заявил следующее: "Надо дать людям самим разобраться. Говорили о закрытии неба. Ну, хорошо. Ну, где же закрытие неба, если бьют каждую ночь по дворцам, где проживает Каддафи? Говорят, нет, мы не хотим его уничтожать. А зачем по дворцам бить? Там что, мышей таким образом выводят что ли? Наверняка при этих ударах гибнут люди. Каддафи нет, он уже давно смылся и сидит в убежище. А мирные граждане гибнут. Говорят, что не хотим убивать Каддафи, а теперь некоторые официальные лица уже говорят: да, стремимся уничтожить Каддафи. А кто позволил это сделать? Что, разве был суд? Кто взял на себя это право казнить человека, каким бы он ни был? И все молчат! А в резолюции что написано? Почитайте. Там призыв ко всем идти и предпринимать в отношении него все, чего захотят. Повторяю еще раз: первоначально ведь говорили о закрытии неба. Уничтожается вся инфраструктура страны! И, по сути, под прикрытием авиации одна из воюющих сторон наступает. Но это длится и будет длиться, не переставая. Мне кажется, что мы должны действовать в рамках международного права, с осознанием своей ответственности, с заботой о мирных гражданах. А когда все, так называемое, цивилизованное сообщество всей своей мощью наваливается на небольшую страну, уничтожает инфраструктуру, создаваемую поколениями, ну, не знаю, хорошо это или нет. Мне это не нравится". Коля, хорошо это или нет?
Злобин: Конечно, чего ж хорошего-то? Единственное, что фраза: "ну, не знаю, мне это не нравится" – это не решение проблемы. Есть проблема - ее надо решить. Предлагайте варианты решения этой проблемы. А говорить: "Вы знаете, вы, ребята, делаете что-то, но нам это не нравится".
Соловьев: А тут разве не прозвучал рецепт?
Злобин: Нет, пока нет.
Соловьев: Как? Он же сказал, что у нас было записано в резолюции? Именно поэтому Медведев обратился в Совет безопасности.
Злобин: Обратился он в Совет безопасности?
Соловьев: Да. Для проведения совещания, потому что надо соблюдать резолюцию.
Злобин: По проблеме Ливии? Я видел просто сегодня утром, что Ливия обратилась в Москву с просьбой о созыве.
Соловьев: Как я понимаю, да.
Злобин: Но в последующем я видел, что помощник президента Приходько сообщил, что президент не дал указания начинать инициативу по созыву Совета безопасности. Потому что не очень понятно: во-первых, я не видел предполагаемую резолюцию, которая выносится на обсуждение Совета безопасности.
Соловьев: Но ты считаешь, что международная коалиция превысила свои полномочия или нет?
Злобин: Я думаю, что есть такая опасность. И действительно это надо обсуждать. Но пока на уровне Совета безопасности никто так вопрос не ставил.
Соловьев: Но твоя точка зрения какова?
Злобин: Я думаю, что есть такая вероятность, что они превысили.
Соловьев: Скажи, пожалуйста, а возможно ли демократическим странам на полном серьезе вдруг принимать решения о физической ликвидации руководителя другой страны?
Злобин: Я думаю, что это нехорошо, по меньшей мере. Я не знаю, что такое решение принято. Та ссылка, которая существует в российских СМИ, существует на газету The Star, южноафриканский таблоид. Больше я никаких ссылок на эту фразу не нашел. И Путин, похоже, ссылается на эту же самую южноафриканскую газету.
Соловьев: Занятно, что Путин ссылается на южноафриканский таблоид. Сейчас поищем.
Злобин: Я, по крайней мере, больше не видел, может быть, есть более авторитетные издания. И то эта статья, я ее прочитал в оригинале в этой газете, речь идет о том, что английский командующий летит в Штаты, где он будет встречаться с руководителями Пентагона, и якобы они будут обсуждать вопрос физического уничтожения Каддафи. Военные не принимают такие решения, как минимум, не они принимают решение об уничтожении политика, политического лидера другого государства. А я не видел никого из политиков, которые обсуждали это. Военные могут обсуждать что угодно.
Соловьев: В российской прессе идет ссылка на The Star, "Росбалт" ссылается на нее.
Злобин: Да, это южноафриканский таблоид, и там просто статья двух журналистов, которые, основываясь на цитатах разных военных, которые говорят, что, да, если бы Каддафи не было, то, на самом деле, было бы гораздо проще, и, может быть, действительно, стоит его физически уничтожить. Таких разговоров идет, наверное, в мире много. И, действительно, было бы проще, если бы не было Каддафи.
Соловьев: Кому бы было проще?
Злобин: Западным странам, Западной коалиции.
Полностью эфир программы "Утро с Владимиром Соловьевым. Полный контакт" слушайте в аудиофайлах
Эфир за 27 апреля:
Первый час: Гей-парады развращают молодежь. "Утро с Владимиром Соловьевым"
Второй час: Россиян морят нефтяным голодом. "Утро с Владимиром Соловьевым"
Третий час: Каддафи усложнил жизнь Западу. "Утро с Владимиром Соловьевым"
Четвёртый час: Щукин коллекционировал комплексы. "Утро с Владимиром Соловьевым"
