Сейчас там прохладнее, чем на улице. Выдают защитные маски, разрешают включать вентиляторы. А, кроме того, там есть свободные посадочные места. В Бутырском следственном изоляторе показали журналистам, в каких условиях содержатся заключенные. Сами обитатели камер говорят, что вполне довольны.

Сейчас там прохладнее, чем на улице. Выдают защитные маски, разрешают включать вентиляторы. А, кроме того, там есть свободные посадочные места. В Бутырском следственном изоляторе показали журналистам, в каких условиях содержатся заключенные. Сами обитатели камер говорят, что вполне довольны.

В Бутырской тюрьме для журналистов – день открытых дверей. Открывают даже камеры с пометкой "СК" (спецконтроль), обитатели которых склонны к побегу. Все это – ради того, чтобы показать: нет в тюрьме таких ужасов, что якобы в жару решетки раскаляются докрасна, а кислорода в камере настолько мало, что спичка не загорается. Показали – загорается.

Более того – в камере с удовольствием проводят время и кошки. "Это пожизненно содержащееся, – рассказывают заключенные. – Они – вестники баланды, предупреждают о том, что к нам уже едут, еду везут. Они за минуту уже у нас, мы готовим миски уже – знаем, что нас будут кормить".

Из 2120 посадочных мест сегодня в Бутырке занята 1701 койка. 419 мест получается, что вакантны, чему, конечно, радуются в камерах, ведь известно, что меньше народу – больше кислороду.

Из-за жары в столичных СИЗО даже пошли на некоторые послабления режима – в частности, разрешили держать постоянно открытыми для сквозняка так называемые "кормушки" – форточки, через которые подают в камеру пищу. Заключенным выдали даже маски. Правда, их почти никто не одевает.

Температура в камерах гораздо более комфортная, чем во многих других местах в Москве – по другую сторону забора с колючкой. "В камеру заходит медицинский работник. У всех медицинских работников – термометры, – рассказывает заместитель начальника следственного изолятора №2 по лечебно-методической работе Тенгиз Мдивани. – При проведении в камере двух минут они отражают температуру, делается запись. Температура в камере – в районе 29-30 градусов".

Врача и пациента по здешним порядкам разделяет решетка. Вала обращений в тюремный лазарет не наблюдается. "Условия содержания в изоляторах вполне нормальные, – констатирует начальник управления Федеральной службы исполнения наказаний по Москве Виктор Дежуров. – Это не соответствует информации из Интернета – о том, что и спички не загораются в камерах. Есть кислород, и нет такой изнуряющей жары".

Кроме всего прочего, и тюремный двор поливают из пожарного гидранта – дважды в день, чтобы асфальт и газон не нагревались. Как уверяет начальство, здесь жара переносится гораздо легче, чем за так называемым "периметром". Журналисты, тем не менее, учреждение поторопились покинуть.