В московской галерее "Школа" открылась экспозиция художников русского зарубежья. Выставка называется "Место встречи – Париж". Для молодых русских художников начала XX века учеба в Париже – своеобразный знак качества.
Яркие краски, широкие мазки – такой постимпрессионизм в стиле Сезанна, "Гора у Сены" Петра Кончаловского. Нехарактерная для мастера работа в России демонстрируется впервые. Почти сто лет она находилась в частных коллекциях.
Неизвестный пейзаж Роберта Фалька "Бульвар в Париже". Рядом – "Две колхозницы" Надежды Удальцовой, последовательницы Казимира Малевича.
"Она работала вместе с Малевичем, видно по безликости, по фигуративу, – отмечает галерист Ренальдина Власова. – Они выезжали на Урал, по России вместе с Древиным путешествовали. Писали, как говорится, то, что видели".
11 таких разных полотен художников русского зарубежья. Их объединяет французская столица. Выставка так и называется "Место встречи Париж". Каждый из представленных художников учился в этом городе в начале XX века – своеобразный знак качества для любого живописца.
"Париж в начале века оказался тем местом силы, где формировались главные тенденции, определившие очень многие художественные явления, – считает искусствовед Екатерина Иноземцева. – И любой художник, особенно начинающий, считал необходимым оказаться в Париже, чтобы напитаться этим артистическим воздухом".
От "Карусели" Марии Васильевой голова кружится – контрастные краски, разрезанное пространство. Так и чувствуешь скорость этой карусели – влияние Матисса, у которого она училась. Именно благодаря Васильевой о Матиссе узнала Россия. В русских журналах она постоянно печатала статьи о творчестве своего учителя.
В духе Гогена – ранние пейзажи выпускника парижской Школы изящных искусств Давида Штеренберга. Его поздняя работа – натюрморт. В собственном стиле.
"Работа с пространством, явно созданная под парижским влиянием, – говорит Екатерина Иноземцева. – Тотальная, надвигающаяся на нас плоскость стола, ткани. Хлеб, кружка, намеренный сбой перспективы. И, собственно, предмет изображения самый что ни на есть незначительный".
"Голова", а именно так автор Алексей Явленский называл свои портреты, создана несколькими взмахами кисти. Он даже краски не смешивал на палитре. Цвета, по мнению Явленкского, должны были превращаться в единое целое в сознании зрителя.
