На этой неделе исполняется 75 лет эксперименту с "российским Израилем-на-Амуре": Еврейской автономной области. "Вести" встретились с потомками одного из самых удивительных евреев-переселенцев: после войны, как иностранный шпион и "безродный космополит", он был репрессирован, а до войны был своего рода "витриной автономии" – еврей-переселенец из Бразилии.
Классическая киносцена – прибытие поезда. Скорого поезда. Время прибытия – 7:40. Название города почему-то на идиш. Но это не Израиль. Это российский Дальний Восток. И по Трансибу поезд пришел в Биробиджан.
Столица Еврейской автономной области празднует свой юбилей. А меньше века назад здесь были безлюдные болота. Но в этом местечке чудом построили свой "Город Золотой".
В середине 1920 годов революция отменила черту оседлости. Но раствориться освобожденным от царизма народам в абстрактном "народе советском" удалось далеко не всем. Да и не признавало коллективное советское "мы" частного, местечкового.
В 1928 году Президиум ЦИК идет на социальный эксперимент – решает создать Еврейский автономный край. Думали о Крыме или Северном Кавказе, но выбрали Биробиджанский район Дальнего Востока.
Искать свое счастье в суровую амурскую тайгу потянулись тысячи иудеев с Запада – из Украины и Белоруссии, Франции и Германии, 700 человек из Палестины, и даже из солнечной Бразилии. Таких, как заброшенной судьбой в Рио-де-Жанейро писатель Сальвадор Боржес.
"Когда он узнал, что создается новый край, в котором будет предоставлена самостоятельность евреям и другим национальностям строить в тайге счастливый новый дом, ему, как человеку эмоциональному, это казалось очень интересным", – говорит дочь Сальвадора Боржеса Валерия Коган.
В 1934 "край" становится "автономной областью", и поток переселенцев увеличивается. Ведь им сулят льготы.
"Колхозникам предоставлялись определенные льготы. То есть освобождались от налога. От обязательной сдачи государству мяса и молока на год. Это был большой такой момент", – расссказывает начальник отдела информации публикаций и научного использования документов Областного государственного архива Ирина Жирнова.
Даже в 1936, когда снимался фильм "Искатели счастья", "Советский Израиль" оставался для многих евреев полумифической "землей обетованной". Льготы действительно манили многих. Но только приехав в Биробиджан, люди понимали, что значит жить в тайге.
Невозможно было выходить на улицу, потому что комары облепляли все лицо. Можно было просто стереть с лица, и целая горсть комаров оставалась в руке. Но пусть и в суровой тайге, советские евреи получили языковую свободу. В школах преподавали идиш. А тот же Сальвадор Боржес пишет свой роман "Рио-де-Жанейро" именно на идиш.
Но пришел 1937 год, и "бразильское" происхождение Боржеса становится причиной для его ареста.
"Арестованы были многие и, конечно, приехавшие из-за границы и принимавшие активное участие в литературной жизни, поэтому он был аретован", – говорит дочь писателя.
За год до войны Боржес вернулся домой, но в 1949 был вновь арестован, уже по делу космополитов. Но вновь вышел и продолжил писать. Парадоксальная воля к жизни. Она здесь не только в литературе.
Гастроли театра Гешер. На сцене любовный дуэт Новикова-Каневский. Простая еврейская история – он был старше ее, она была хороша. Оба из Польши. Полюбили друг друга в Америки. Оба потеряли семью. Но оба продолжают любить жизнь
"Еврейский народ пережил столько, что акцентировать на этом глупо. А вот шутить по этому поводу. Чтобы не вызывать сочувствие и сострадание, а наоборот, чтобы подумали: "Смотри, зараза. Они еще и смеются", – считает Леонид Каневский.
"У этого народа такая трагическая история, где бы он ни оказывался, он все равно выживает, столько веков. Рот закрыл и пошел. И особого хозяйства не было, и денег не было, потому что гонимы били. Вот и сюда их пригнали. Болото вокруг – и ведь выжили! Живут", – говорит народная артистка России Клара Новикова.
Идея социального эксперимента пережила эпоху, его породившую. И даже сейчас там, где некогда звучал только идиш, звучит и китайская речь, если прислушаться повнимательнее, то среди шума китайских строек все равно услышишь грустную мелодию. Это – "Плач Израиля" на берегах Амура.
