Имена погибших товарищей навсегда останутся в памяти всех военных, которые по долгу службы и зову совести защищали мирный Цхинвал. Напоминать о горячем августе 2008-го будут и раны. Многие из них за год так и не затянулись.
Почти два месяца Азат Нуралиев был между жизнью и смертью. Опытнейшие врачи госпиталя Бурденко сделали почти невозможное, несмотря на тяжелейшие ранение они спасли жизнь рядового-контрактника. Уже прошел год, но лечение Азата еще продолжается. Его сегодняшняя жизнь - это ежедневный подвиг. Физический и моральный. И когда родители приезжают к нему, он еще находит силы успокаивать их: у меня все нормально.
"Первое время они расстраивались, - говорит Азат. - но теперь привыкли. Жизнь налаживается, смирились с этим. Приезжают, навещают и родители, и родственники".
Ранения Азат получил 9 августа 2008-го, когда колонна российских войск прорывалась в Цхинвал на помощь мирным жителям города и миротворцам по Зарской дороге. Грузинские военные тогда понимали, что больше вариантов для входа в город нет, и попытались перекрыть дорогу. Стянули дополнительные силы и бронетехнику, вырыли окопы.
Это был тот самый знаменитый бой, когда был ранен генерал Хрулев, командующий 58-й армией, когда майор Денис Ветчинов погиб, организовывая оборону колонны и спасая журналистов. Подполковник Николай Багрий тогда получил ранение в руку. Сначала даже не понял насколько все серьезно. Продолжал вести бой, и лишь уже в госпитале ему объяснили, что лечение займет много времени. Так и вышло. События августа 2008-го уже будучи в госпитале Николай вспоминал не раз. Он уверен, что тогда невозможно было поступить иначе - у России, у армии, у его товарищей не было выбора.
"Из части, в которой я служил, были все миротворцы, находившиеся в Цхинвале. И если бы мы не пришли, погибших было бы намного больше. Уже только поэтому мы должны были пойти в Цхинвал. А уж тем более намного больше было бы погибших среди мирных людей", - разъясняет, чем бы закончилось промедление в действиях, подполковник Николай Багрий.
Военную службу Николай оставлять не намерен. Он уже получил новое назначение, теперь ждет только разрешения врачей. Оба, и молодой рядовой контрактник, и подполковник говорят, эта война, конечно, изменила многое в жизни, пожалуй, кроме одного: несмотря ни на что, они не считают грузин врагами.
"Я учился в Тбилиси, - вспоминает Николай Багрин, - у меня там друзей много. Я считаю, что люди здесь ни причем. Это просто отдельные люди в руководстве Грузии все это затеяли. И здесь, уже когда я в Бурденко попал, ко мне приезжал мой товарищ грузин, мы с ним общались, у меня никакой ненависти к нему нет".
Они оба говорят спасибо врачам, и тем кто вынес их из-под огня, и тем кто поддерживал и поддерживает. У обоих, и у офицера и у рядового, есть награды за тот бой, но оба говорят: героями себя не считаем. Это была наша работа, и наш долг. Мы его выполнили.
