Сегодня в Тунисе на 98-м году жизни скончалась старейшина русской общины Анастасия Ширинская-Манштейн. Восьмилетней девочкой она попала в Северную Африку вместе с армией Врангеля. Но даже живя на чужбине, не теряла связи с Отечеством, занималась общественной и подвижнической деятельностью. В конце 90-х сбылась мечта всей ее жизни – Анастасия Александровна получила российский паспорт и даже побывала на родине.

Берег, море, улицы тунисской Бизерты. Французская и арабская речь вокруг. Солнце круглый год. Сейчас многие российские туристы, приезжающие в Тунис, даже не догадываются, что их автобусы едут по дорогам, заложенным когда-то русскими моряками. После гибели русской эскадры офицеры не гнушались никакой работы. Жили очень бедно. Анастасии Александровне в 20-м было 8 лет. Дочь старшего лейтенанта Александра Манштейна, командовавшего миноносцем "Жарким". В 16 лет она уже преподавала местным детишкам математику. Все родители тогда говорили: "Мадам Ширински – это лучшее, что есть в Бизерте".

- Я знаю, что вы неграмотные все. А для грамотных был "Ять"! – вспоминала старое правописание Анастасия Ширинская-Манштейн.

С конца 1920 года и до наших дней Анастасия Александровна Ширинская-Манштейн была здесь последним хранителем русской истории, последним свидетелем гибели русской эскадры. Той самой гибели без боя в Бизертском порту. 30 боевых кораблей Российского императорского Черноморского флота прибыли сюда с оружием, знаменами и штандартами.

Моряки и их семьи, не признавшие власть большевиков, считали, что они еще вернутся в Севастополь. Поэтому они разбили городок на кораблях, но так и не распаковали окончательно вещи. Корабли поддерживали в боевом состоянии. Так и жили: учили детей в школе с полным гимназическим курсом, основали морское училище, возвели храм.

Надежды на возвращение рухнули, когда Франция признала Советскую Россию. А здесь, в североафриканской колонии, вышел последний приказ номер 147. И 29 октября 1924 года в 17 часов 25 минут Андреевские флаги медленно стали опускаться. Казалось, навсегда.

"Раздалась в последний раз команда: "На флаг и гюйс!", и через минуту: "Флаг и гюйс спустить", – рассказывала об этом печальном моменте Анастасия Ширинская-Манштейн.

Большая часть русских моряков вынуждена была уехать во Францию. Анастасия Ширинская-Манштейн отказалась. 80 лет она прожила с "нансеновским паспортом", то есть с паспортом беженца. По документам она оставалась подданной Российской Империи. И преданной ей. Новое российское гражданство и новый паспорт она получила уже в конце 90-х. Тогда же побывала в России. Но вернулась в Тунис, где бережно хранила историю русской земли, ухаживала за могилами, ходила в храм. Она любила вспоминать слова французского революционера Дантона, чтобы поспорить с ними.

- "Нельзя унести свою родину на подошвах своих сапог". Но это как все красивые слова – ценности никакой не имеют. Потому что можно унести свою страну не на сапогах, а в своей голове и в своем сердце, – говорила она.

Анастасия Ширинская-Манштейн была единственной, кто видел русскую эскадру своими глазами. Она дождалась того дня, когда над Средиземным морем снова стали развиваться сине-белые Андреевские флаги.