Безопасностью пешеходов столичные власти мотивируют решение в ближайшее время закрыть самый крупный в Москве блошиный рынок. На его месте – вдоль платформы Лианозово – построят новую автомагистраль. В асфальт закатают интересы и продавцов, и покупателей, а это – тысячи москвичей.

Безопасность пешеходов – основной мотив, по которому столичные власти собираются в ближайшее время закрыть самый крупный в Москве блошиный рынок. На его месте – вдоль платформы Лианозово – построят новую автомагистраль. Однако за безусловно благими намерениями чиновники забывают о тех, кто на этом рынке торгует и отоваривается. А это тысячи москвичей, которые по выходным отправляются привычным маршрутом – прямо по железнодорожным путям.

Они гуськом идут по шпалам – покупатели и продавцы, которых теснят электрички и товарняки. Люди железнодорожные составы охотно пропускают и снова возвращаются на свои места.

Три тысячи продавцов и втрое больше покупателей. Здесь торг всегда уместен. Станция Лианозово уже не просто перрон – блошиный рынок. "Это жизнь, это реальность. Если нас власти услышат, которые катаются с мигалками: вот мы простые гражданские по рельсам ходим, ноги ломаем. Хотим купить, а они хотят продать", – объясняет один из покупателей, Эдуард.

Обувь, посуда, мебель, книги – все, что нашлось в сундуке или на чердаке. Цены – от пяти рублей. Довольны и покупатели, и продавцы. "Людям кому чего не надо – они по дешевке отдадут, кто может это себе позволить, вот я лично. Я же вам показывала: купила за сто рублей новые совершенно туфли, а в магазине они сколько стоят?" – вторит Эдуарду довольная покупкой Римма Зайцева.

Директор культурного центра "Усадьба генерала Мерковича" с новоприобретенным раритетом под мышкой внимательно осматривает все ряды. 800 экспонатов в Тульский музей отсюда уже привезла, а сегодня отыскала еще два – шкатулку и кружева. "Очень много сотрудников, как я поняла, с Мосфильма, приобретают. Ну где вы сегодня, в каком бабушкином сундуке, найдете туфли 50-х годов либо крепдешиновое платье военное, сумочки, шляпки", – отмечает Ольга Троицкая-Меркович.

Блошиные рынки называют по-разному – толкучки, барахолки, базары, но суть одна: здесь торгуют подержанным товаром и все легки на подъем. В Лианозове продавцов с насиженных мест гоняли уж дважды, в итоге торговля скатилась под колеса поездов.

В начале года столичные власти пообещали легализовать и организовать блошиные рынки в каждом округе Москвы. Но после отказались от этой идеи, заметив, что сначала надо ликвидировать стихийную торговлю ширпотребом. На Арбате его собирались выкорчевать прошлым летом – вместе со старыми булыжниками.

С матрешками и прочим китчем на Арбате решили не церемониться. Подите прочь, велели торговцам чиновники. Развальные завсегдатаи приказа вроде бы послушались и сгинули, но только с глаз, а не из сердца старой улочки. Как только на Арбате появляются представители администрации, продавцов как будто здесь и не было. Но стоит проверяющим уйти, на брусчатке вновь появляются вещевые развалы.

К вечеру букинисты, музыканты и художники вообще уходят в тень, их заслоняют гадалки, попрошайки и даже кролики. Чтобы вымести останки кооперативной экономики, чиновники создали отряд по зачистке торговых рядов. "Мобильная группа работает ежедневно с 8 до 8. Это несанкционированная торговля, которая пресекается мобильной группой. Доставляются в милицию, составляется акт, при необходимости отправляется в суд", – рассказывает Нелли Черкасова, заместитель главы управы района "Арбат".

За 4 года в Москве было закрыто полсотни стихийных рынков. На днях префектура Северного округа объявила о ликвидации блошиного рынка в Лианозове. Чиновники говорят: там, где был базар, построят дорогу. Она соединит Дубнинскую улицу с Дмитровским шоссе, а "блохи" этим планам изрядно мешают.