Для обучения женщин-камикадзе в Чечне используются обычные дома в удаленных районах, подвалы или базы боевиков в лесу. Девушек, которых собираются использовать в качестве живых бомб, сразу делят на две категории: тех, кого необходимо запугивать, и тех, кто добровольно идет на смерть.Для обучения камикадзе в Чечне используются обычные дома в удаленных районах, подвалы или базы боевиков в лесу, сообщает "Коммерсант-Власть".
Девушек, которых собираются использовать в качестве живых бомб, сразу делят на две категории: тех, кого необходимо запугивать, и тех, кто добровольно идет на смерть. Первых, помимо запугиваний, сажают на сильнодействующие препараты. Это подтвердила и полученная недавно криминалистами Северо-Кавказской прокуратуры экспертиза мозга террористки, подорвавшей себя возле автобуса с военнослужащими на дороге к Моздокскому аэродрому, - специалисты утверждают, что женщина-камикадзе была под действием сильного наркотика.
"С этими девушками работают не безграмотные манипуляторы, — считает бывший пресс-секретарь чеченского МВД Руслан Мартагов. — Они знают необходимую дозу наркотиков, чтобы у девчонки наступила эйфория и ей показалось, что она в раю. Ее сначала запугают, потом дадут наркотик. А потом говорят: попадешь в рай, который ты чуть-чуть видела, если выполнишь свой долг. Ну и, разумеется, перед самой "операцией" ей для смелости еще впрыскивают что покрепче. Это целая индустрия, где работают специалисты с точным знанием человека, с точным знанием химии".
Мартагов рассказывает, что в последние два года в Чечне стали исчезать женщины. Об этих исчезновениях почему-то мало говорят даже сами чеченцы. А ведь многие знают, что девушек увозят в школы смертниц, откуда дороги назад уже нет. "Их запугивают, говорят: вот там-то остались твои родители, братья и сестры, и, если ты сбежишь, твою семью уничтожим. Родственники какое-то время ищут девушку, но не находят, хотя она может находиться в соседнем селе, в подвале. Но страдают не только случайные жертвы: девушек, которые сознательно готовы к смерти из-за потери близких, тоже "обрабатывают" профессионалы. Им приводят в пример их сверстницу, которая "уже совершила свой джихад", и говорят, что теперь она святая и ее почитают даже мужчины. Это особенно действует на молодых девчонок".
Впрочем, даже после самой тщательной обработки и даже самым надежным террористкам их руководители не доверяют. Рядом с живой бомбой всегда есть мужчина-инструктор, который следит за тем, чтобы она не сбежала и все сделала правильно. "В истории чеченцев такого вообще не было, чтобы мужчина отправил женщину воевать, — говорит Руслан Мартагов. — Если мужчина спрятался за спину женщины, это позор на все последующие поколения. Сама идея женщины-шахидки чужда нашему народу — эту идею принесли арабы".
По мнению Руслана Мартагова, быстрого решения этой проблемы нет. Ваххабизм получил широкое распространение в некоторых регионах России - Башкирии, Татарстане. Это тоталитарная секта, зомбирующая людей. Бороться с этим можно только при государственном подходе. А в Чечне эту проблему вообще не решить, пока нет порядка. Они добиваются одного — чтобы общество восприняло их как неумолимую силу и запаниковало".
Активность чеченских боевиков подавляли сначала бомбами, потом пехотой и артиллерией, а затем массовыми зачистками. Но воевать с мужчинами было легче, чем с женщинами.
Девушек, которых собираются использовать в качестве живых бомб, сразу делят на две категории: тех, кого необходимо запугивать, и тех, кто добровольно идет на смерть. Первых, помимо запугиваний, сажают на сильнодействующие препараты. Это подтвердила и полученная недавно криминалистами Северо-Кавказской прокуратуры экспертиза мозга террористки, подорвавшей себя возле автобуса с военнослужащими на дороге к Моздокскому аэродрому, - специалисты утверждают, что женщина-камикадзе была под действием сильного наркотика.
"С этими девушками работают не безграмотные манипуляторы, — считает бывший пресс-секретарь чеченского МВД Руслан Мартагов. — Они знают необходимую дозу наркотиков, чтобы у девчонки наступила эйфория и ей показалось, что она в раю. Ее сначала запугают, потом дадут наркотик. А потом говорят: попадешь в рай, который ты чуть-чуть видела, если выполнишь свой долг. Ну и, разумеется, перед самой "операцией" ей для смелости еще впрыскивают что покрепче. Это целая индустрия, где работают специалисты с точным знанием человека, с точным знанием химии".
Мартагов рассказывает, что в последние два года в Чечне стали исчезать женщины. Об этих исчезновениях почему-то мало говорят даже сами чеченцы. А ведь многие знают, что девушек увозят в школы смертниц, откуда дороги назад уже нет. "Их запугивают, говорят: вот там-то остались твои родители, братья и сестры, и, если ты сбежишь, твою семью уничтожим. Родственники какое-то время ищут девушку, но не находят, хотя она может находиться в соседнем селе, в подвале. Но страдают не только случайные жертвы: девушек, которые сознательно готовы к смерти из-за потери близких, тоже "обрабатывают" профессионалы. Им приводят в пример их сверстницу, которая "уже совершила свой джихад", и говорят, что теперь она святая и ее почитают даже мужчины. Это особенно действует на молодых девчонок".
Впрочем, даже после самой тщательной обработки и даже самым надежным террористкам их руководители не доверяют. Рядом с живой бомбой всегда есть мужчина-инструктор, который следит за тем, чтобы она не сбежала и все сделала правильно. "В истории чеченцев такого вообще не было, чтобы мужчина отправил женщину воевать, — говорит Руслан Мартагов. — Если мужчина спрятался за спину женщины, это позор на все последующие поколения. Сама идея женщины-шахидки чужда нашему народу — эту идею принесли арабы".
По мнению Руслана Мартагова, быстрого решения этой проблемы нет. Ваххабизм получил широкое распространение в некоторых регионах России - Башкирии, Татарстане. Это тоталитарная секта, зомбирующая людей. Бороться с этим можно только при государственном подходе. А в Чечне эту проблему вообще не решить, пока нет порядка. Они добиваются одного — чтобы общество восприняло их как неумолимую силу и запаниковало".
Активность чеченских боевиков подавляли сначала бомбами, потом пехотой и артиллерией, а затем массовыми зачистками. Но воевать с мужчинами было легче, чем с женщинами.
