Москва, 14 января - "Вести.Экономика" Сохранение американского доминирования в мире с помощью торможения экономического роста Китая - одна из приоритетных задач администрации Дональда Трампа. Удивительно, но проводимая сегодня председателем КНР Си Цзиньпином экономическая политика, невольно помогает Белому дому в достижении этой цели.
Любой экономике, которая приближается к уровню развития Китая, угрожает ловушка среднего дохода (middle-income trap) или ситуация в экономическом развитии, когда страна, которая достигает определенного дохода, застревает на этом уровне. Как правило, страны, захваченные в ловушку среднего дохода имеют низкий уровень инвестиций, медленный рост производства, слабую диверсификацию промышленности и плохие условия на рынке труда. Все они в итоге оказываются в группе экономик ∎второго класса∎.
Латинская Америка, бывший Советский Союз и крупнейшие страны Ближнего Востока так и не смогли сократить возникший еще 100 лет назад разрыв в развитии с США, Европой и Японией. Единственными странами, которым действительно удалось осуществить прорыв, были нефтедобывающие государства, члены Европейского Союза и горстка относительно небольших, ориентированных на экспорт азиатских экономик - Сингапур, Гонконг, Тайвань и Южная Корея.
Одним из факторов, который, вероятно, определил успех этих четырех азиатских государств был размер глобального рынка для их специализированного экспорта по отношению к их населению, что привело к значительному чистому притоку добавленной стоимости на душу населения. Между тем, более густонаселенным странам, таким как Россия, Мексика и Турция, после открытия своих экономик не удалось достичь сопоставимого скачка роста за счет экспорта - проблема, которая на порядок выше в случае Китая.
Безусловно, экономисты-плановики в Поднебесной хорошо понимают этот риск. Программа Made in China 2025 нацелена на то, чтобы создать группу высокоэффективных экспортоориентированных отраслей, которые могли бы помочь Китаю выбраться из этой ловушки.
В то же время недостаточно иметь лишь большой объем экспорта, говорится в исследовании Азиатского банка развития: ∎производимые товары должны быть разнообразными, с высокой добавленной стоимостью, а также стимулировать механизм самоусиления технологического развития∎.
Именно здесь Си Цзиньпин толкает свою страну в ложном направлении, считает колумнист агентства Bloomberg Дэвид Фликлинг.
Создание высокоэффективного экспортного сектора - непростая задача, к тому же лучше всего он работает, когда есть широкий спектр частных компаний с множеством различных подходов. Однако китайский лидер упорно преуменьшает преимущества частного сектора и вместо этого отдает предпочтение громоздким, бюрократизированным государственным предприятиям.
Более того, в последнее время он все чаще говорит об экономической самодостаточности, одного из ключевых лозунгов Мао Цзэдуна в эпоху ∎Большого скачка∎. Настораживает и то, что Си использует этот термин в речах, где говорит о реформах и открытости.
Но как видно из статистики, за словами уже стоят дела. Инвестиции частного бизнеса в основной капитал в Китае с января по ноябрь прошлого года составили 37,8 трлн юаней ($5,5 трлн), увеличение на 18% по сравнению с 2015 г. При этом инвестиции государственных предприятий за этот же период подскочили на 36%, до 21,6 трлн юаней. В борьбе за инвестиционный капитал от кредиторов страны правительство все активнее вытесняет частный сектор.
Это ошибочная экономическая политика для страны с экспортоориентированной моделью роста. В 2013 г. на долю государственных предприятий приходилось лишь 11% зарубежных поставок, 39% - на долю частных китайских компаний и 47% - местных филиалов иностранных фирм.
В то время как государственные расходы в основные фонды к концу 2017 г. выросли на 88% по сравнению с пятью предыдущими годами, прибыль государственных предприятий увеличилась лишь на 17%. Это расхождение особенно тревожно, поскольку замедление роста производительности - один из факторов, который удерживает страны в ловушке среднего дохода.
Экономический подъем Китая за последние два десятилетия был настолько стремительным, что легко пропустить незаметные на первый взгляд фундаментальные просчеты.
Огромное увеличение городской рабочей силы, которое привело к росту Китая, почти завершилось. Как написал экономист Джордж Магнус в своей последней книге ∎Тревожные сигналы∎ (Red Flags), ∎страны со средним уровнем дохода, такие как Китай, по определению, исчерпали большую часть, если уже не весь свой потенциал для обеспечения роста путем расширения и эксплуатации физического капитала и рабочей силы∎.
Сегодня Пекин должен быть настойчивым на всех фронтах, чтобы сохранить работающим свой двигатель роста. Однако проводимая Си ∎политика самодостаточности∎ все больше напоминает импортозамещающую индустриализацию, которой отдавали предпочтение послевоенные латиноамериканские страны. Это обеспечило ошеломляющий рост на некоторое время, но в итоге они оказались под тяжелым бременем долгов и ловушке среднего дохода.
Латинская Америка, бывший Советский Союз и крупнейшие страны Ближнего Востока так и не смогли сократить возникший еще 100 лет назад разрыв в развитии с США, Европой и Японией. Единственными странами, которым действительно удалось осуществить прорыв, были нефтедобывающие государства, члены Европейского Союза и горстка относительно небольших, ориентированных на экспорт азиатских экономик - Сингапур, Гонконг, Тайвань и Южная Корея.
Одним из факторов, который, вероятно, определил успех этих четырех азиатских государств был размер глобального рынка для их специализированного экспорта по отношению к их населению, что привело к значительному чистому притоку добавленной стоимости на душу населения. Между тем, более густонаселенным странам, таким как Россия, Мексика и Турция, после открытия своих экономик не удалось достичь сопоставимого скачка роста за счет экспорта - проблема, которая на порядок выше в случае Китая.
Объем торговли сталью по странам: импорт и экспорт
В то же время недостаточно иметь лишь большой объем экспорта, говорится в исследовании Азиатского банка развития: ∎производимые товары должны быть разнообразными, с высокой добавленной стоимостью, а также стимулировать механизм самоусиления технологического развития∎.
Именно здесь Си Цзиньпин толкает свою страну в ложном направлении, считает колумнист агентства Bloomberg Дэвид Фликлинг.
Создание высокоэффективного экспортного сектора - непростая задача, к тому же лучше всего он работает, когда есть широкий спектр частных компаний с множеством различных подходов. Однако китайский лидер упорно преуменьшает преимущества частного сектора и вместо этого отдает предпочтение громоздким, бюрократизированным государственным предприятиям.
Более того, в последнее время он все чаще говорит об экономической самодостаточности, одного из ключевых лозунгов Мао Цзэдуна в эпоху ∎Большого скачка∎. Настораживает и то, что Си использует этот термин в речах, где говорит о реформах и открытости.
Но как видно из статистики, за словами уже стоят дела. Инвестиции частного бизнеса в основной капитал в Китае с января по ноябрь прошлого года составили 37,8 трлн юаней ($5,5 трлн), увеличение на 18% по сравнению с 2015 г. При этом инвестиции государственных предприятий за этот же период подскочили на 36%, до 21,6 трлн юаней. В борьбе за инвестиционный капитал от кредиторов страны правительство все активнее вытесняет частный сектор.
Это ошибочная экономическая политика для страны с экспортоориентированной моделью роста. В 2013 г. на долю государственных предприятий приходилось лишь 11% зарубежных поставок, 39% - на долю частных китайских компаний и 47% - местных филиалов иностранных фирм.
В то время как государственные расходы в основные фонды к концу 2017 г. выросли на 88% по сравнению с пятью предыдущими годами, прибыль государственных предприятий увеличилась лишь на 17%. Это расхождение особенно тревожно, поскольку замедление роста производительности - один из факторов, который удерживает страны в ловушке среднего дохода.
Экономический подъем Китая за последние два десятилетия был настолько стремительным, что легко пропустить незаметные на первый взгляд фундаментальные просчеты.
Огромное увеличение городской рабочей силы, которое привело к росту Китая, почти завершилось. Как написал экономист Джордж Магнус в своей последней книге ∎Тревожные сигналы∎ (Red Flags), ∎страны со средним уровнем дохода, такие как Китай, по определению, исчерпали большую часть, если уже не весь свой потенциал для обеспечения роста путем расширения и эксплуатации физического капитала и рабочей силы∎.
Сегодня Пекин должен быть настойчивым на всех фронтах, чтобы сохранить работающим свой двигатель роста. Однако проводимая Си ∎политика самодостаточности∎ все больше напоминает импортозамещающую индустриализацию, которой отдавали предпочтение послевоенные латиноамериканские страны. Это обеспечило ошеломляющий рост на некоторое время, но в итоге они оказались под тяжелым бременем долгов и ловушке среднего дохода.
