Одна из распространённых точек зрения на Великую Депрессию заключается в том, что Фед Резерв не смог предотвратить острой нехватки ликвидности - это и стало причиной кризиса. Старший экономист Банка международных расчётов так не считает. Наоборот, он вводит новое понятие "финансовой эластичности".
В него включается не только сам излишек ликвидности, но и её переток на развивающиеся рынки в связи с тем, что у развитых стран слишком низкие ключевые ставки. Такая ситуация была характерна для мировой экономики накануне Великой Депрессии. То же самое происходило и совсем недавно.
Тогда
Американские инвесторы получали внушительные доходности при относительно невысоком риске. Однако затем стандарты кредитования стали смягчаться, что повлекло за собой рост количества дефолтов, а Фед Резерв ещё и повысил ставку в 1928 г. Доллар стал возвращаться домой, чтобы не рисковать за границей. Вернувшийся из развивающихся стран внушительный объём кэш инвесторы переложили в американские акции. Это привело к перегреву на фондовых площадках, а затем и к печально известному краху.
К 1929 г. разворот потоков капитала и падение цен на сырьё окончательно дестабилизировали развивающиеся рынки (которые в ту эпоху, лишённую политкорректности, называли "странами третьего мира"). Начались массовые банкротства добывающих компаний.
В 1930 г. несколько стран Латинской Америки провели девальвацию, а вскоре и объявили о дефолте по гособлигациям. Затем кризис перекинулся на Австрию и Германию. После - на Великобританию: Лондон активно финансировал австрийские и германские проекты. Перспективные кредиты на них перешли в разряд "плохих" долгов. Британия попыталась решить проблему при помощи девальвации, но в 1931 г. Фед Резер опять повысил ставку, дабы приостановить отток золота. Тут уже началась глобальная банковская паника.
Большинство стран прибегло к жёсткому контролю капитала. Трансграничные инвестиции резко сократились, вместе с ними замедлилась международная торговля. Зарубежные госблигации на балансах многих банков стали просто бумажками. Тогда же легендарный экономист Джон Мейнард Кейнс и произнёс: "Пускай все товары и капиталы производятся дома". О глобализации забыли. Наступила эпоха протекционизма.
Сейчас
В 2015 г. развивающиеся рынки пережили первый суммарный отток капитала почти за 30 лет. По оценкам Всемирного банка международных расчётов, такая динамика может сохраниться и в текущем году. Агентства понизили суверенные рейтинги Бразилии и Южной Африки. Цены на сырьё продолжают падать.
Призрак протекционизма вновь витает в воздухе, не смотря на все усилия ВТО и прочих организаций. Европа и США установили заградительные тарифы на сталь из Китая и России.
Общая ситуация усугубляется тем, что в 1930 г. хотя бы был мощный естественный ограничитель в виде золотого стандарта. Сегодня и этого нет. Буйная фантазия финансистов не ограничена ничем: рынки различных деривативов оцениваются в десятки триллионов долларов, и уже не понятно - кто, кому и сколько должен. Это один из элементов финансовой эластичности, о которой говорит Клаудио Борио.
Страший экономист Банка международных расчётов предупреждает: всё может закончиться соревновательной девальвацией, как это было между двумя мировыми войнами. В будущем это чревато экономической стагнацией и чрезмерным протекционизмом. Судя по намёкам ЕЦБ на новые меры, неуверенности ФРС в дальнейшем повышении и отрицательным ставкам Банка Японии, мировые регуляторы готовы к бегу по граблям.
