Лучшие режиссеры европейского театра знакомят публику с современным искусством. В этом году Новый европейский театр показывает спектакли, поставленные режиссерами за границей. В год 150-летия Антона Чехова болгарский режиссер Димитр Гочев представил спектакль "Палата №6".

Лучшие режиссеры европейского театра знакомят публику с современным искусством. В этом году Новый европейский театр показывает спектакли, поставленные режиссерами за границей. В год 150-летия Антона Чехова болгарский режиссер Димитр Гочев представил спектакль "Палата №6". Свои постановки привезли режиссеры Кирилл Серебренников, Иван Вырыпаев и Алвис Херманис. Кстати, Международный театральный фестиваль NET проводится с 1998 года.

В год 150-летия Чехова, на фестивале NET представили очень радикальную версию "Палаты №6". Берлинский "Дойчес-театр" и болгарин Димитр Гочев, когда-то мечтавший о карьере ветеринара, на Антоне Павловиче, что называется, собаку съел. Это его уже пятая чеховская постановка. Гочев ставит Чехова как Беккета или Хайнера Мюллера, учеником и другом которого он является.

"Есть даже такая теория, что он на всех, будь то Мольер или Чехов, смотрит глазами Хайнера Мюллера – человека, который исследовал традиционные классические сюжеты, которые проигрываются, переосмысляются после XX века, после всей крови, тоталитарных режимов, в общем конца света, который пережил свет в XX веке", – гооврит о постановщике арт-директор фестиваля NET Роман Должанский.

Димитр Гочев на фестиваль не приехал. Может, испугался, что на родине драматурга его могут призвать к ответу за столь вольную интерпретацию авторского оригинала. Режиссёр здесь сочиняет "свою" пьесу. Из черт и реплик персонажей разных произведений драматурга он "лепит" нескольких героев. И поселяет их в больничную палату, больше похожую на тюремный ангар, чем на камеру для умалишенных.

Пустая сцена, как "пустое пространство", о котором писал Брук. И ничего лишнего, как "Бедный театр", о котором говорил Гротовский. На сцене лишь тело актера – страдальца и проводника мысли. Из предметов лишь машинерия софитов. Прожекторы следят за героями сверху, почти придавливают их к земле, заставляя страдать от экзистенциальной несвободы.

"Это чувство о пространстве очень важно. Самая важная вещь. И, конечно, тело актера! Это его икона в театре. Когда я говорю тело – это просто всё компактно. Он всегда говорит, что актёр думает не головой, а телом", – поясняет немецкий актёр Самуэль Финци.

Герои бросают свои монологи в зал, не надеясь быть услышанными. Пытаются убежать от грубой действительности, от собственной разорванности. Но вырваться из круговорота судьбы невозможно. Врач Рагин, уставший от рутины и тупости окружения, легко превращается в пациента клиники для душевнобольных. Он снимает свою одежду, чтобы сменить врачебный халат на одеяние арестанта. И обнажает не столько тело, сколько нервы души. В этой тюрьме-психушке у него есть друг – параноик Громов. Черты своего персонажа актер Вольфрам Кох нигде не искал, просто выглянул на улицу.

"На самом деле не надо ходить в дурдом, чтобы найти свой персонаж. Можно сидеть после обеда на улице и наблюдать, как каждый для себя старается проживать нормальную жизнь, как каждый замкнут в своей действительности", – отмечает немецкий актёр Вольфрам Кох.

А надзиратель Никита здесь не тупое животное мужского пола, как по Чехову. А женское существо в синем платье и с кружевным воротником мещанки: так по Гочеву. Николка поёт песни для собственного утешения и проговаривает со сцены текст от автора.

"Это фигура из фантазии с одной стороны. А с другой стороны – это некий злой человек, который очень любит быть злым. Но я не мужчина, хоть и надзиратель в тюрьме. Такой странный персонаж, который нужно принять, каким он есть", – поясняет актриса Маргит Бендокат.

Странные люди не от мира сего. Одинокие кометы, блуждающие в поисках понимающего собеседника. Но здесь каждый слышит сам себя. Человеческие коммуникации разорваны, и выхода нет. Странный мир со сдвинутым сознанием. "Палату №6" берлинские критики посчитали лучшим "подношением" великому драматургу в год его юбилея от немецкого театра. Российские критики, возможно, поспорят. Но, как известно, ценность автора определяется множественностью заложенных в тексте интерпретаций.

И "Палата №6" Гочева в очередной раз продемонстрировала универсальность классики. Чехов нынче современен, как ни один представитель "новой драмы".