19 июля в 12:00 руководитель Федерального дорожного агентства Министерства транспорта РФ А, М. Чабунин провел пресс-конференцию на тему "Росавтодор: Одной бедой в России станет меньше". Поскольку название пресс-конференции содержит в себе явную отсылку к словам Гоголя "В России есть две беды - дураки и дороги", целью А. М. Чабунина было показать, или российские дороги, или российские дураки теперь перестанут быть национальным бедствием.
В рамках обширного рассказа о том, как это получится, глава Роставтодора указал, что хотя и не полностью, но частично уже получилось. А. М. Чабунин указал на "распространенный стереотип, что в дорожном строительстве воруют". Тогда как, по его словам, "Масштаб хищений в дорожной отрасли не превышает среднероссийских показателей". Каков этот масштаб, он, впрочем, не уточнил, заметив: "Каковы именно масштабы хищений, должно устанавливать следствие".
Но следствие вряд ли может установить масштаб воровства в общероссийском масштабе. Следствие имеет дело с конкретными уголовными делами о конкретных случаях хищений, и вычисление показателей, относящихся до всего российского хозяйства и бюджета в целом не входит в компетенцию ни конкретного следователя, ни даже всего Следственного комитета как учреждения. Поэтому, скорее всего, глава Роставтодора оперировал не конкретными цифрами воровства по отраслям, но исходил из общих соображений, а также из опыта и интуиции.
Правда, и отечественный, и общемировой опыт показывает, что дорожное строительство всегда и везде является особо благодатным местом для воровства, поскольку здесь технически гораздо труднее контролировать расходы. При казенном заказе на какое-нибудь промышленное изделие можно проверить степень комплектности, сравнить уровень цен с общедоступными прейскурантами, тщательно проверить качество работы и так далее. Все эти способы контроля довольно доступны, и если есть желание, проверить легко.
Тогда как в дорожном строительстве проверять гораздо сложнее, ибо все самое интересное находится под землей. Точнее - под свежеположенным полотном, ведь очень существенная часть стоимости - это выемка грунта (причем грунты по смете могут быть разные, и стоимость выемки тоже разная), укладка слоеного пирога из песка и гравия, трамбовка и проливка слоев в пироге и так далее. Чтобы доподлинно проверить, что там с грунтом и пирогом, надо через каждые сто метров проводить дорогостоящие экспертизы, бурить лунки и вынимать столбики. При таких объективных трудностях проверки дорожное строительство и является объективно больше подходящим для воровства. Насчет же субъективных качеств наших дорожников - возможно, они все кристальные старцы - объективно судить, конечно же, труднее.
Однако, в любом случае заявление А. М. Чабунина, что в его ведомстве воруют не больше, чем в среднем по России, напомнило романтические времена, когда в феврале 1992 г. тогдашний мэр Москвы Г. Х. Попов ответ чрезвычайно развитые имущественные злоупотребления, отвечал, что в Токио еще больше воруют.
Сколько в начале 90-х воровали в Токио, вопрос сложный, однако в любом случае есть разница между исследователем, который, добру и злу внимая равнодушно, не ведая ни жалости, ни гнева, составляет сравнительные таблицы того, в каких отраслях народного хозяйства или в каких мировых столицах сколько воруют, и руководителем, в ведомстве которого непосредственно воруют. Сторонний исследователь не отвечает за воровство, он всего лишь беспристрастно сравнивает. Руководитель несет за воровство, как минимум, моральную и политическую ответственность. Если руководитель считает возможным говорить, что у меня воруют не больше, чем у соседа, это пример крайне аполитичного рассуждения.
