Тема:

Выборы-2012 9 лет назад

Леонид Рошаль: я вижу рычаг, который поможет решить проблемы здравоохранения

Владимир Путин предложил Станиславу Говорухину возглавить его предвыборный штаб на президентских выборах. Режиссер не раз критиковал премьера. Сам Говорухин, поблагодарив за доверие, назвал политику и режиссуру "смежными искусствами". Другими членами штаба стали люди совершенно разных профессий: учитель истории Людмила Бокова, глава профсоюза работников угольной промышленности Иван Мохначук, экс-президент, а ныне сенатор от Чувашии, координатор составления программы Народного фронта Николай Федоров, защитник прав автомобилистов Вячеслав Лысаков и известный детских хирург, президент Национальной медицинской палаты, директор НИИ неотложной детской хирургии и травматологии, член Координационного совета Общероссийского народного фронта Леонид Рошаль.

- Леонид Михайлович, для Вас было неожиданностью узнать, что Вы стали участником штаба?

- Полной.

- Давайте разберемся. Не все в курсе. Вы член партии "Единая Россия"?

- Нет, я не член партии "Единая Россия".

- А на каких основаниях Вы вошли в предвыборный штаб Путина?

- В этом штабе основное число – не члены партии. Вы это не знали?

- Нет. Но они члены Народного фронта при этом?

- Да, члены Народного фронта.

- Очень многим этот Народный фронт казался предвыборным проектом перед выборами в Думу. Вот мы их перешагнули. Впереди – президентские. И опять Народный фронт. Почему?

- Я думаю, что это была какая-то ошибка – чуть понизить Народный фронт перед выборами. Думаю, какое-то число голосов потеряли на этом.

- Почему? Партия шла, как "Единая Россия".

- Да, я понимаю, но мы все же не "Единая Россия". Думаю, это задумка Народного фронта. Хорошая задумка. Я не рассматриваю это как "освежение" "Единой России". Я смотрю на это как на возможность через Народный фронт сделать полезное дело, в частности, для здравоохранения.

- Чего Вы реально добились?

- Мы очень много добились в законе об охране здоровья, который, если бы не Народный фронт, не участие Национальной медицинской палаты, мог бы быть принят в том виде, в котором его подали. Там много было вопросов, которые нуждались в изменении. Вы знаете, сколько мы туда поправок ввели после того, когда хотели этот закон принять?

- Я слышал, что их были десятки.

- Нет, сто девять.

- Сто девять?!

- Причем очень принципиальных.

- Сколько прошло?

- Сто девять и прошло. Мы организовали действительно всенародное обсуждение. Это первое направление. Это была победа, хотя еще кое-что в законе надо доделывать. Второе: Национальная медицинская палата была основой для создания программы Народного фронта. Называется она "Здоровье нации". Программа Народного фронта. В ней есть положение, которое чрезвычайно важно для нас с вами. Например, очень простенькое: за пять лет увеличить число россиян, которые довольны здравоохранением, в два раза.

- Министерства, комитеты Госдумы лишние в этой конструкции или как?

- Они не лишние в этой конструкции. Какая-то суетливость была. И это был недостаток. А потому, почему ..., потому что фактически было соединены гражданские общества это обсуждение. Мы вошли в Народный фронт, и стало возможным прямо глаза в глаза Владимиру Владимировичу сказать: "Посмотрите, что делается законом". Такое руководству надо говорить. И только это дало возможность впервые в истории – сами думцы говорят об этом – повернуть закон, который уже был принят в первом чтении, в нормальное русло.

- В силу свой профессиональной деятельности вы принадлежите к такому цеху, где сильны и популярны не либеральные настроения, а настроения, традиционные для нашей интеллигенции, где считается неприличным работать вместе с властью, подавать ей руку. Что можете ответить Вашим критикам? Многие обвиняют Вас в близости к власти.

- Я не знаю. Я веду Twitter. Там один на сотню может сказать, что я продался. Я далеко не молодой человек, но хочу успеть еще при жизни сделать что-то доброе. Не болтаться на площади и орать, а сделать конкретную вещь для конкретных людей в плане здравоохранения. Я вижу, что это можно сделать в течение 5-6 лет и через те структуры, которые действуют сегодня. Поэтому я не разделяю то, что делала "Единая Россия" по многим пунктам, в частности, по здравоохранению, но я вижу тот рычаг, с помощью которого можно хотя бы что-то сделать в этой области. Другого пути я не вижу.

- Вы привели очень интересную статистику – одно обращение на сотню посланий в Twitter. Очень впечатляют картинки с площадей в последние дни. Народу много, но это все равно в разы меньше, чем требуется по закону для создания в России политической партии. С этим законом можно соглашаться, можно не соглашаться – он есть. Соберите людей и создайте партию. А почему у нашей радикальной оппозиции силенок хватает только на то, чтобы выйти на площадь раз в месяц, а не вести рутинную политическую работу?

- Думаю, это во многом зависит от культуры. Посмотрите, в Америке во время выборов президента между республиканской и демократической партиями перевес был в несколько голосов.

- Да, особенно когда были Буш и Гор.

- Да, всего несколько голосов, минимальный разрыв. Народ понимает, что такое большинство. Я думаю, это недоразвитость общества, когда народ не воспринимает. Я не против митингов, честно говорю. Я сам в каких-то участвовал раньше. Но я боюсь крови, прямо говорю.

- Леонид Михайлович, Вы на выборы ходили?

- А как же.

- Не буду Вас спрашивать, за кого голосовали.

- Это личное дело.

- Это некорректно. Что скажете, глядя на результаты выборов.

- Думаю, что для меня победа "Единой России" была неожиданной. Я думал, что они потеряют очень много голосов. Думал, они наберут в целом по стране 35-37%. И когда было набрано почти 50%, я посчитал, что это очень здорово, что победила "Единая Россия".

- А про остальных? Сильно поднялась оппозиция в этот раз?

- Что такое поднялась? Говорят, что демократии нет, но это как раз и есть демократия. ЛДПР – на 20 мест больше. КПРФ – на 20 мест больше.

- Коммунисты даже больше прибавили.

- Там, где КПРФ победила, сбрасывали бюллетени что ли? Так тоже нельзя.