Реставрация пострадавшей 4 года назад в огне подмосковной усадьбы Мураново – имения поэтов Евгения Баратынского и Федора Тютчева – идет крайне медленно. В праздник сенокоса здесь по традиции служат водосвятный молебен. Этот день отмечают впервые после пожара 2006 года. Однако сотрудники говорят, что фактически в этом июле усадьба горела еще раз. В пострадавшем от пожара Центре Грабаря находилось порядка 49 предметов из Муранова.
Татьяна Гончарова, заведующая сектором изобразительного искусства музея-усадьбы "Мураново", рассказала, что из 9 предметов живописи, находившихся на реставрации в Центре Грабаря, два уцелели, а судьба семи картин пока неизвестна. Среди них – полотна Саврасова и Айвазовского.
Большинство предметов из центра Грабаря передали в НИИ реставрации. В ближайшее время они вернутся в Мураново. Однако занять место в постоянной мемориальной экспозиции у них не получится. Потому что пока ее просто нет.
Сейчас, по словам Игоря Комарова, директора музея-усадьбы "Мураново", заканчиваются работы по гидроизоляции. "Мы смогли бы открыть дом, но не сможем, так как реставрация экспонатов не завершена", – сказал Комаров.
В доме сейчас – временные выставки. Показывают то, что удалось отреставрировать после пожара. Но из-за сокращения финансирования процесс идет крайне медленно. Из 280 пострадавших раритетов пока вернули к жизни лишь 60.
Директор музея-усадьбы "Мураново" говорит о том, что заявку, которая была подана, сократили в 10 раз. Игорь Комаров полагает, что если так будет и дальше, то "дом завершим к 2030 году".
Артем Романов реставрирует мебель. Ее коллекция в Муранове – очень богатая. Выяснили, что некоторые кресла и стулья попали в дом из Английского клуба. А на горке, которая стояла в Зеленой гостиной, сумели сохранить даже авторский лак. Но сейчас реставраторов больше всего волнует дальнейшая судьба возвращенных к жизни предметов.
"Даже те, которые прошли реставрацию, в процессе недолжного хранения, повреждаются, – сетует Артем Романов. – Получается, что проведенная работа не то что напрасна, но приходит в негодность".
Дело в том, что в доме нет необходимых систем контроля климата и влажности. По-старинке, в сухую погоду в залах просто ставят ёмкости с водой. А зданию современная система необходима, ведь поэт Евгений Баратынский строил этот коттедж по принципу термоса: внешняя стена – из кирпича, затем – поставленные вертикально бревна, между деревом и кирпичом – воздушная прослойка. Идеальное место для распространения огня. Туда в 2006-м, как уже установлено, и ударила шаровая молния.
Сейчас дом фактически отреставрирован. Вид на усадьбу со знаменитых мурановских холмов – снова роскошный. С трудом верится, что это – линия обороны музея в 14 гектаров. Только недавно удалось защитить их от застройки коттеджами. Холмы – в частной собственности. "Тогда отстояли холмы, – вспоминает Игорь Комаров. – Разными способами. Протесты, Минкульт помогли".
В Муранове не любят жаловаться на проблемы. Говорят, что у них-то еще все хорошо – по сравнению с музеями, которые расположены далеко от Москвы, в глубинке. Здесь же пока известность и само название усадьбы – Мураново – служит какой-никакой, но защитой.
