Историческая сенсация. В долгом диспуте о подлинности дивана в кабинете Пушкина на Мойке, 12, поставлена точка. Предполагалось, что именно на нём и умер поэт. Проверяя эту гипотезу, ученые провели беспрецедентную экспертизу.
Сенсационного доклада музейщики ждали целый год. Предыдущее исследование доказало, – диван, действительно, пушкинский. Главная интрига – принадлежат ли поэту пятна крови на сатиновой обшивке.
Музейщикам много раз предлагали реставрировать обветшалую обивку дивана, но они всегда на такие предложения отвечали отказом. Точнее, просьбой подождать ещё немного.
Пушкинисты предчувствовали – наука будущего поможет установить истину. Они сохранили историческую обивку, иначе исследование могло и не состояться.
"Если бы мы могли получить какое-нибудь материальное доказательство или подтверждение тому, что этот диван действительно принадлежал Пушкину – это было бы здорово. Ни один музей никогда такими экспертизами не занимался. Это новое. В системе литературных музеев – это точно внове", – рассказывает заведующая мемориальным музеем-квартирой А.С. Пушкина Галина Седова.
Второй вопрос медэкспертам – принадлежат ли поэту волосы в этой бронзовой урне с надписью "Памяти Пушкина"? Сегодня сосуд впервые показали журналистам. Достоверность другой пряди, заключенной в серебряный медальон, которую по просьбе Ивана Тургенева с покойного поэта срезал камердинер – не оставляет сомнений. Эти два образца и предстояло сравнить.
Сегодняшнее заседание сами эксперты сравнили с судебным. Те же терминология и методы изучения, которые используют в современной криминалистике. Пятна крови на диване сопоставили с теми, что остались на подкладке жилета, который точно был на поэте в роковой день дуэли. А десять волосинок из урны – с образцами из медальона.
"Совпадают не только групповые характеристики, но и морфологические характеристики. Это многочисленные признаки, их насчитываются десятки. Главное – это расположение пятен пигмента в структуре волоса, в его сердцевине", – пояснил доктор медицинских наук, заслуженный врач России Юрий Молин.
Эксперты применяли самые бережные методы, чтобы не повредить мемориальные вещи. Взяли лишь 2 миллиметра нити с подкладки жилета. В итоге от самого достоверного исследования – ДНК – пришлось отказаться. Свои выводы медики сделали, основываясь отчасти на косвенных данных – совпадение времени, пола человека и группы крови. Но аргументы оппонентов, которые восприняли результаты критично, судмедэкспертов не смутили. Их ответ – практически цитата из Уголовного кодекса.
"Совокупность косвенных доказательств образует ту базу, на которой судья, как записано в законе, имеет право установить законный приговор", – отвечает критикам Юрий Молин.
Сами пушкинисты готовы поставить точку в длинном историческом диспуте. И в последующем привлекать судебных криминалистов к изучению других мемориальных вещей.
"Именно этим ценен и интересен наш музей: тем, что вся Россия собирала подлинные вещи, связанные с поэтом. И сегодня здесь они присутствуют. Конечно, доказательство их подлинности – очень важный, серьёзный результат. Мы его должны вначале переварить, а потом уже решать, идти ли нам на какие-то дополнительные исследования или нет", – говорит директор Всероссийского музея А.С. Пушкина Сергей Некрасов.
Медики в свою очередь обещают, в будущем смогут применить ещё более прогрессивные методики. Тогда доказательства станут неоспоримыми.
Несмотря на то, что улики – косвенные, представители музейной общественности увидели в этом беспрецедентном опыте широчайшие перспективы. И тут же закидали медиков вопросами – можно ли установить, носил ли тот или иной костюм исторический деятель, которому его приписывают? К примеру, мундир Александра Первого.
