Президента Сергея Багапша съемочная группа "Вестей в субботу" застала в Абхазии, в его резиденции, на бывшей сталинской даче, и в его кабинете, где он отдыхал после переговоров с делегацией Евросоюза.

После переговоров с европейцами Багапш был явно раздражен. На входе в его кабинет – табличка и на абхазском, и на конституционном же в Абхазии русском. Кстати, очень по-европейски. "Я сегодня сказал все, что я о них думаю и по заявлению вчерашнему Соланы, где он говорит, что мы предупредили Белоруссию, что если она признает Абхазию, это вызовет осложнения у нее с Евросоюзом, и так далее. Вы приехали сюда нас уговаривать для контакта, а такие заявления руководства Евросоюза – как это вписывается, вы мне объясните, пожалуйста? И для чего вы это делаете? По большому счету, я им дал понять: ну если вы даже нас не признаете, мы от этого не погибнем", – заявил президент Абхазии.

Пятью минутами ранее он меланхолически вертел карандаш, а дипломаты ЕС активно всё записывали. На вопрос, как он пишет, где он находится – в Грузии или в Абхазии? – руководитель делегации, спецпредставитель Евросоюза на Южном Кавказе Питер Семнеби уклончиво ответил: "Я пишу "Сухуми".

А за спинами европейцев к Багапшу уже спешит следующая делегация – от Общественной палаты Воронежской области. Они привезли подарки и пожелание отправлять сюда своих туристов. Эта тема всплыла в разговоре на "сталинской даче" в сухумском дендропарке, где теперь размещается официальная резиденция абхазских президентов.

- Вы не обижайтесь, но вот когда разговариваешь с человеком незнающим, хотя бы со мной – я первый раз в жизни в Абхазии, – и спрашиваешь: а на чем будет основана абхазская независимость? все говорят – мандарины. А что еще?
- Вы знаете, мандарин – это продукт сытого человека. Когда человек поест, потом очень приятно мандарины поесть. А на голодный желудок можно язву заработать. Поэтому Абхазия – это в первую очередь, конечно, курорты.

Край золотистых гор на берегу Черного моря курортами славилась давно. Сегодняшняя независимая Абхазия, а по-абхазски "Апсны" (в переводе "страна души") еще только приходит в себя после разрушительной войны и почти 20 лет безвременья. Но в позапрошлом году уже приняла миллион российских туристов, а сейчас предлагает для их доставки новый маршрут.

После того, как в августе прошлого года абхазы вернули себя контроль и над верхней частью Кодорского ущелья, предлагается вариант соединить дорогой Южный приют в Абхазии и Северный приют, Домбай, в Карачаево-Черкесии.
- Это реальный вариант и реальная дорога.
- Насколько это сокращает путь?
- Чтобы приехать сюда из Владикавказа, нужно 16-17 часов. Если эта дорога будет, они приезжают за 5-6 часов. В три раза почти сокращается. Это реальные и небольшие искусственные сооружения. Всего 22 километра. И это грузопоток юга России, который может выходить напрямую на порты Абхазии для дальнейшего движения.
- В том числе и на военно-морские порты?
- Наверное, да.
Российские боевые корабли – вот они: стоят у Нового Афона. А постоянная база ВМФ России, объясняет Сергей Багапш, будет обустроена в его родном Очимчире.

Но пока президент предлагает нам снять самый мирный объект. Строители сейчас завершают ремонт сухумского роддома: в Абазии сейчас – взрыв рождаемости. Это делается на свой бюджет. Но только российской помощи хватит на то, чтобы вновь отстроить и республиканскую больницу. "Вот вы видите, где кирпич? Туда было прямое попадание танкового снаряда, – рассказывает ее главврач Лев Ачба. – Он залетел внутрь и внутри всё разворотил. Вот здесь гранатометом попали. Там мы кое-как заложили кирпичами".

И снова – вопрос к Сергею Багапшу:
- Одна из настоятельных к вам просьб со стороны и западного сообщества заключается в возвращении грузинских беженцев. Можно это себе представить?
- Простая арифметика. Посмотрите, сколько сербов вернулось в Косово. Около 5 тысяч всего. Исход был 150 тысяч. Мы вернули 55 тысяч.
- Из?
- Из 240. Если говорить реально о том, что сегодня вернутся все беженцы в Абхазию, то этого мы просто не сможем сделать, потому что это еще одна война. Мы говорим с международным сообществом о другом: давайте поможем не вооружением Грузии, вооружая Саакашвили (один раз вооружили, видите, что получилось? Сейчас опять вооружают), а эти деньги направить беженцам и адаптировать их в социальную среду собственно Грузии. Вот это будет человечески правильный, цивилизованный подход. И мы за такую постановку вопроса.
- И остаются они пусть в собственной Грузии?
- Конечно.
Времена, когда "на территории Абхазии дружной семьей жили абхазы и грузины", прошли, похоже, безвозвратно. И сегодня многострадальная Абхазия – под крылом Москвы. Подписанное на этой неделе соглашение означает, что именно Россия заполняет половину абхазского бюджета.
- Вот сейчас в непростое время кризиса все, естественно, очень внимательно начали смотреть за потоками денег. Куда идет? Истратили куда-нибудь лишнее? На что, действительно, идут российские деньги в настоящий момент?
- В первую очередь, это автомобильные дороги. Это для туристов и отдыхающих, которые из России приезжают сюда. Россияне должны ездить по хорошим, безопасным дорогам. Это первое. Второе: на восстановление храмов, мест посещения туристами. Это Пицундский храм, это Ново-Афонский комплекс, это Лыхнинский монастырь. То есть те места, где бывают туристы. Это небольшая сумма по кровлям домов людей, где живут соотечественники, граждане России, наши граждане. Вся эта сумма умещается туда. Ни на что другое мы эти деньги не тратим.

В прошлом году в Сухуме бурно праздновали признание республики со стороны России. Но не будем забывать, что на этой неделе исполнилось уже 20 лет, как сход абхазов попросил о выходе из Грузинской ССР. Эта независимость родилась не вчера и не вдруг.
- А у вас это с Москвой связь стоит?
- Да это ВЧ.
- Подсоеденены к России?
- Ну, а как же! А к кому еще?