Тува: забытый противник Гитлера

Вера Байлак закончила войну гвардии сержантом
Вера Байлак закончила войну гвардии сержантом
Вера Байлак закончила войну гвардии сержантом
Вера Байлак закончила войну гвардии сержантом

Это удивительная страна, которая так и осталась в состоянии войны с Германией. И не заключила мира до сих пор. Теперь здесь живет уже последний солдат той армии.

Очень похоже на Дикий Запад: прерии, марево. Но это никакая не Америка, и вообще не Запад, а Восток. Что ж, отправляемся дальше, через степь, в местные суровые горы. При виде которых можно подумать: Шотландия или Карелия. Но и это - заблуждение. Никакой это не Север, а Юг. А при виде иных местных пейзажей кажется, что это - вообще где-то на Луне. Но всё-таки, это - наша планета.

И вот там, у себя в степи, нас встречает наша героиня. В свои 84 года она продолжает прекрасно держаться в седле: ведь и воевала в кавалерии, и в мирной жизни - кочевник-скотовод. И она до сих пор смеётся, когда вспоминает, за кого же приняли её и её сослуживцев при появлении их в 1943 году на советско-германском фронте.

"Немцы при одном только появлении нас, низкророслых азиатов, на наших маленьких, но свирепых лошадках - бежали. А советские солдаты сначала думали, что мы казахи. Но потом слышали, как, в отличие от частей Красной Армии, у нас в эскадроне команды звучали не по-русски, а на нашем языке. И тогда про нас шептались: "Китайцы", - рассказывает участница войны, гвардии сержант в отставке Вера Байлак.

Так что же это за страна? Что ж, довольно загадок. Это не Скалистые горы и не какой-нибудь штат Аризона, а Республика Тува. Ныне российская, но на момент начала Второй мировой - независимая суверенная страна, которая в 1941 году еще и Германии объявила войну. Из которой, так получается, так до сих пор и не вышла.

В начале века говорили "Урянхайский край". 150 лет он был в подчинении китайской династии Цин. Но стоило ей зашататься, как в 1914 году край перешел под протекторат Российской империи. Но и она скоро рухнула, и Тува стала как бы "ничья". И вот тогда уже большевики предложили очень любопытный вариант: помочь тувинцам создать своё государство: по образу и подобию Советской России, но всё-таки независимое. После чего оставалось признать Туву от лица Советского Союза и Монгольской народной республики, которую в свою очередь, только Москва и признавала. Назвали новое государство Тувинской айратской, то есть крестьянской республикой. По-русски называли "народной".

СССР вооружил Тувинскую народно-революционную армию и таким образом оградил Туву от притязаний и враждебного тогда Китая. СССР получил в лице Тувы верного союзника, который уже 22 июня 1941 объявил и так и не отменил войну Германии.

"Нас, тувинских военных, сначала привезли под Владимир. И нас там инспектировал генерал из Москвы. Он спрашивает "Почему так много девушек?". Наш командир ему на это говорит, что тувинские девушки не хуже мужчин. И чтобы слова не расходились с делом, приказал мне сесть на лошадь и показать, что я умею. И тогда я на скаку из автомата срезала сучок на дереве. И на фронт мы, тувинки, отправились не как медсестры, а как полноправные кавалеристы", - рассказывает Вера Байлак.

Конечно, есть в Туве и сугубо мужские забавы. Это, например, недавно, в августе: соревнования мастеров традиционной борьбы кочевников на общереспубликанском празднике "НАдым". Сегодня победителям таких чемпионатов вручают медали уже с российским триколором: в октябре 44-го республика, так и не объявив о прекращении войны с Германией, вошла в состав России. Но на момент начала войны это была заграница: тувинцы, и мужчины и женщины, были иностранцами. Которых на фронт оформляли не военкомы, а дипломаты.

Оформление солдат и офицеров Тувинской армии на фронт шло через советское посольство. Сегодня в этом здании - станция переливания крови. Впрочем, до войны у него была и печальная слава: как центра, откуда направляли репрессии, аналогичные сталинским.

Традиционное для Тувы горловое пение "большой брат" признал народным и каноническим, а вот с остальными "пережитками" посоветовал бороться так же нещадно, как и в самом СССР.

Это сегодня по всей Туве вновь открываются буддийские монастыри. А перед войной их жгли, а священников-лам изгоняли или вообще расстреливали. Сегодняшним ламам пришлось учиться по новой.

Символ репрессий - разрушенный буддийский комплекс Усту-Хурэ, где вообще устроили стрельбище. И тем не менее, выжившие священники дали "добро" на войну Тувы за СССР против Германии.

"Мои соседи, хотя, как и я, были ревсомольцами, мнением лам интересовались. Спросили их, можно ли ехать на фронт. Ламы заглянули в священные книги и сказали: "Дорога открыта. Можно ехать на этот фронт". Даже после репрессий ламы оставались верными не власти, но народу", - говорит Вера Байлак.

В том числе и с тайного благословления буддийских лам на фронт и ушли тувинские военные. А тувинские труженики собирали средства на их танки и самолеты. Эти и другие подарки фронту крохотная республика отправляла в СССР целыми эшелонами. Достаточно сказать, что только сегодня Тува приближается к тому, чтобы поголовье скота стало таким, как было до войны: настолько колоссальными были поставки в СССР живых лошадей и мяса.

Видя, на какое республика идет самопожертвование, советское командование в 1944 году приняло решение: хотя бы тувинских военных вернуть с фронта домой. Тем более, что к тому моменту они были уже не добровольцами-иностранцами, а представителями малочисленного народа самой России. Вот этот последний солдат Тувинской народно-революционной армии и показывал нам свою юрту. Последний солдат исчезнувшей ныне армии.

Она толком так и не выучила русский. Но сама она и её народ оказались самыми верными союзниками России. А теперь - и ее гражданами.