Россия с 17 августа ограничивает экспорт молочных продуктов из Литвы. Решение "Россельхознадзора" коснулось четырех прибалтийских предприятий. В их продукции обнаружены запрещенные и опасные для здоровья вещества. В самой Литве с заключением российских экспертов не спорят – результаты проверок на месте столь же неутешительны. Одно молочное предприятие даже лишили лицензии. И, тем не менее, в молочном запрете пытаются искать политическую подоплеку.
Дегустацию литовский фермер Ростислав называет "последним этапом проверки". Продукт свежий, через несколько минут приедет молоковоз. Он объезжает весь кооператив, собирает молоко для перерабатывающего комбината. Но с сегодняшнего дня этому и еще трем литовским заводам экспорт товара в Россию временно запрещен. В их сметане, твороге и масле "Россельхознадзор" обнаружил остатки антибиотиков тетрациклиновой группы.
"Подобные ограничительные меры мы вводим практически каждую неделю против тех или иных предприятий, тех или иных стран мира, которые поставляют нам недоброкачественную продукцию", – сообщает пресс-секретарь "Россельхознадзора" Алексей Алексеенко.
В литовских СМИ тут же появились заголовки вроде "Россия объявила Литве молочную войну". Руководство литовских комбинатов попыталось перевести продовольственной спор в политический, заявив: "У нас – все в норме". "Нормы" взялись проверить ветеринарные службы Литвы. И некоторые недочеты тоже нашли. Подробнее о них – Эгидиюс Симонис – руководитель отдела продовольственной и ветеринарной санитарии государственной продовольственно-ветеринарной службы Литвы: Мы сразу проверили все предприятия, которые экспортировали продукцию, проверили скупку, хозяйства. Нашли мелкие недостатки. Могло так случиться, что попали антибиотики".
Чиновники считают, что кому-то было выгодно "раздуть тему". Ведь вопрос рабочий. За полтора года в самой Литве была изъята и уничтожена не одна партия забракованного ветеринарами молока. У литовской продовольственно-ветеринарной службы существует пока только одна идея, как лекарственные препараты могли оказаться в твороге, сметане и масле.
Предположительно, в некоторых литовских хозяйствах коров лечили с помощью антибиотиков, остатки веществ оказались в молоке, которое потом недобросовестные фермеры сдали на перерабатывающие комбинаты. И проблема – не в том, что используют антибиотики, а в том, что после такого лечения должен пройти определенный период, когда молоко нельзя сдавать в продажу.
"При правильном подходе не должно быть антибиотиков в молоке, – говорит фермер Ростислав Шишковский. – Для каждого препарата свои нормы использования. Только после определенного срока, который назначает врач, молоко поступает в продажу".
Хозяйство, как у Ростислава, контролировать легко. По литовским меркам он – зажиточный фермер: у него стадо в 40 голов и кипа журналов, куда он обязан заносить результаты всех проверок. Но в "один котел" молоко сдают тысячи крестьян. У мелких хозяйств, где держат 2-3 коровы, не всегда есть деньги на ветеринаров, а у перерабатывающих комбинатов нет денег на дорогие тесты для каждого. К тому же стандарты в Европе другие.
По законам ЕС, остатки препаратов в молоке могут достигать 100 микрограммов. Российские законы даже такой минимум запрещают. "Для детей последствия – диатез, достаточно распространенная болезнь, – уточняет Алексей Алексеенко. – А для взрослых постоянное потребление продуктов питания с остатками антибиотиков может привести к тому, что при лечебном их применении они могут быть неэффективны".
Экономическая ситуация в Литве сейчас далека от идеала. Сельское хозяйство тоже переживает не лучшие времена. Для местных молочных комбинатов поставки в Россию – это 30-50% всего экспорта, то есть это выгодно. Но вместо вопроса – "Что делать?" – здесь пока обсуждают, кто виноват.
