Французы бунтуют, власти отвечают насилием и репрессиями

В Париже вновь подожгли Банк Франции. Горело сильно. Если помним, первым поджигателем Банка Франции 3 года назад стал российский художник-акционист Петр Павленский. Не выдержав в России душной для себя атмосферы творческой несвободы, Павленский двинулся во Францию, где жил в незаконно захваченных домах и промышлял воровством, изредка пытаясь читать лекции. Тоже без особого успеха. Вот и отважился выступить в буквальном смысле слова поярче. Запутавшись в долгах, в знак протеста против диктатуры банков запалил дубовые двери Банка Франции, что построен на территории некогда сожженной революционерами тюрьмы Бастилии.

За этот перформанс Павленского мотали между психлечебницей и тюрьмой. В итоге после одиннадцати месяцев отсидки художника выпустили на свободу, накинув еще два года условно. Впрочем, сегодня не о Павленском. Тем более что у самого художника сейчас творческий спад в условиях свободной Франции. Но сам пример Павленского оказался все же заразительным – Банк Франции вновь подожгли. Правда, не из любви к искусству. Париж и Францию захлестнули уличные протесты, где число участников – далеко за сто тысяч, а градус агрессии столь зашкаливал, что раненые полицейские исчисляются десятками.

Таким батальным сценам позавидовал бы любой режиссер, но это не кино, а центр Парижа. Все происходящее похоже на побоище. Площадь утопает в дыму, слезоточивый газ с одной стороны, горящие файеры – с другой. Полицейские стараются не терять друг друга из виду, как только один отбился от группы, на него накидываются анархисты и начинают бить. Сыплется град ударов – ногами, палками, кулаками. Газ тут бессилен, тот, кто должен обеспечивать защиту порядка, беспомощно на коленях пытается увернуться от очередного хулигана. А они, ощущая полную безнаказанность, жгли все, что попадалось под руку.

Небольшие улицы выглядели так, будто стены дома обвалились. Из всего, что попадалось под руку, строили баррикады. А потом разводили костры. Вначале горели мусорные баки, потом так называемый "Черный блок" откуда-то принес большие бревна, языки пламени осветили площадь Бастилии. Вспыхнул и фасад Банка Франции. Следом полыхать начали припаркованные на соседних улицах автомобили.

Тушить пожар – правда, пока не революции – направили водометы, которые тщетно старались разогнать беснующуюся толпу. С теми, кто хотел загородить им движение, полиция уже не церемонилась – в лицо – перечным газом, потом валили на землю и задерживали. Раненые с обоих сторон, одних только полицейских пострадало около полусотни человек. В них стреляли фейерверками практически в упор, забрасывали камнями, бутылками, те не скупились на удары дубинками. Это стало своего рода кульминацией шествия, которое начиналось достаточно мирно. Демонстрацию власти вначале хотели запретить, это с самого начало подогрело гневные настроения, отчасти поэтому на улицы Парижа в эту субботу вышли почти 50 тысяч человек.

Французские власти хотят закон о глобальной безопасности, предложенный главой МВД. 24-я статья гласит, что распространение лица или опознавательного знака полицейского в случае, если цель – причинить ему вред, физический или психический, отныне становится преступлением. Наказание самое серьезное – год тюрьмы и штраф в 45 тысяч евро. Учитывая расплывчатые формулировки, наказать, по сути, можно даже любого журналиста, который работает на тех же протестах.

Ролики, заснятые прессой или очевидцами, не раз фиксировали случаи, когда полицейские проявляли чрезмерную жестокость. Эта неделя была богата на такие события. Вначале стражи порядка решили силой выдавить около 500 мигрантов, которые разбили палатки на площади Республики. Людей вытряхивали из них, потом в дело пошли слезоточивый газ и шумовые гранаты. А недавно патруль решил задержать молодого человека, который шел без маски. Темнокожий музыкальный продюсер уже зашел в свою студию, когда следом ворвались люди в форме и начали его избивать. Жуткие кадры зафиксировала камера наблюдения. Потом были оскорбления и угрозы, в помещение бросили дымовую шашку, и когда он, задыхающийся, все же вышел на улицу, к побоям присоединился подоспевший патруль. Происходящее засняли очевидцы.

История докатилась до президента страны Эммануэля Макрона. "Кадры с избиением Мишеля Зеклера, которые мы все видели, недопустимы. Они позорят нас. Франция никогда не должна прибегать к насилию или жестокости, откуда бы они ни исходили. Франция не должна никогда позволять процветать ненависти и расизму", – заявил Макрон.

Но это не единичный случай. Взять, к примеру, количество раненых во время шествий "Желтых жилетов", выбитые глаза, оторванные кисти. Демонстранты во многих крупных городах требуют глубоких реформ и отставок всех – от министра МВД Жеральда Дерманена до президента Макрона. В ответ нижняя палата парламента принимает скандальный закон о запрете на съемку в первом же чтении.

"Ответ государства – репрессии и насилие. Но продолжить переговоры просто необходимо, надо сказать "нет" полицейскому насилию, запечатленному на камеру. Сегодня мы в ярости, потому что наше правительство нас не слышит", – говорят митингующие.

Запрет фактически коснется и журналистов. Корреспонденты и так не приходят на манифестации без каски, противогаза и специальной защиты, а теперь им достается еще и от полиции. Прогнать – самое любезное, что могут сделать. Коллег уже задерживали, одним разбили аппаратуру. В эту субботу журналист-фрилансер еще и оказался в списке раненых во время погромов.

Бунтуют все: Бордо, Лилль, Страсбург, Монпелье и Нант. В Париже обещают новые демонстрации, тем не менее законопроект сейчас вынесен на рассмотрение верхней палаты французского парламента.