Он называл себя "Боевик" - в смысле боевой генерал, чем и гордился больше всего. Хотя о том, чем гордился Павел Грачев, а что заставляло его страдать, знали очень немногие. Командующий ВДВ, больше 600 прыжков с парашютом, пять лет войны в Афганистане. Чудом выжил во время обстрела, когда убили его денщика и радиста. Ранения, контузии. Сидя в штабе, такую биографию не наживешь. Он получил звание Героя Советского Союза с уникальной формулировкой - за выполнение боевых задач с минимальными потерями. Наверное, это были его лучшие дни. Когда враг опасен, зато понятен, а предателями занимается контрразведка. Стройная картина мира рухнула в 91-м.
Президент СССР Горбачев блокирован на крымской даче в Форосе, все силовые министры и вице-президент Янаев создают Государственный Комитет по Чрезвычайному Положению. В Москве танки, телецентр и телеграф под контролем десантников. В Белом доме путчу сопротивляется Борис Ельцин. Тысячи москвичей окружают здание, защищая его своими телами. В сущности, и защитники Белого дома, и путчисты - мятежники. До какого-то момента.
"Замминистра обороны СССР Ачалов мне сказал: будь готов частью подразделений войти в Белый дом и арестовать всю эту команду во главе с Ельциным", - рассказывал Павел Грачёв, в 1992 -1996 гг. - министр обороны РФ.
Вот когда Грачев принимает свое первое и главное политическое решение в жизни. Он отказывается арестовать Ельцина. С этого момента мятежники - путчисты. Героический и романтический порыв защитников демократии уже не беспомощен.
"Если бы не было Грачева, то, наверное, в 91-м году события развернулись бы по-другому", - размышляет Пётр Дейнекин, в 1992 - 1998 гг. - главнокомандующий ВВС РФ.
Развернулись бы. Но президентом новой России стал Ельцин. Он помнил благодаря кому. Кстати, Борис Ельцин и Павел Грачев после победы над путчистами побратались. На опушке леса, со стопкой по-юношески надрезав руки до первой крови. Романтика.
"Но Павел Сергеевич никогда этим не козырял, никогда не хвастал. Он обладал очень высоким тактом. И хотя внешне он выглядел несколько простоватым, на самом деле, это была очень тонкая и высоконравственная душа", - вспоминает Пётр Дейнекин.
У Павла Грачева взлет. Первый воин-десантник - генерал армии. 44 года - министр обороны.
"Представьте себе распад Советского Союза. В 1991 году после августа целыми подразделениями солдаты и сержанты покидали полки и дивизии, офицеры писали рапорта и уезжали в свои национальные республики. И практически армия разваливалась, рассыпалась", - рассказывает Анатолий Куликов, в 1995 - 1997 гг. - министр внутренних дел РФ.
От неразберихи до отчаяния. Россия выводит войска отовсюду под улюлюканье. Спешно. Из Прибалтики, Средней Азии, Закавказья, из Европы. То, что нужно было готовить годами, делается в считанные недели.
"Он вынужден был идти в голое поле. Его обвиняют, что вывели танковую армию под Воронеж на чернозем и так далее. А при чем здесь Грачев? Этот вопрос надо задавать политическому руководству", - считает Анатолий Куликов.
Успевшая застареть проблема осколка бывшей ядерной державы - Украина. Политики перессорились, Черноморский флот не поделен, все, что связано с ядерным оружием - в подвешенном состоянии. Внимательные американские партнеры нервничают.
Валерий Шмаров в середине 90-х - вице-премьер, министр обороны Украины. В свое время рискнул: прилетел в Москву без делегации и протокола. И без приглашения. В приемную Грачева позвонил с проходной: "коллега, надо поговорить". Так и познакомились.
"Я не рассчитывал на это, прямо скажем. Потому что отношения были изгажены до нас, и много было наносного, отрицательного, что я не рассчитывал, что мы сможем с Павлом Сергеевичем сблизиться и начнем работать. А он оказался сильнее и преодолел это", - вспоминает Валерий Шмаров, в 1994 - 1996 гг. - министр обороны Украины.
И флот поделили, и ядерный потенциал обезвредили к горькому удовлетворению всех заинтересованных сторон. Грачев обезоруживал своей открытостью. Когда дело касалось его - он легко обретал друзей. Когда дело касалось политики - он их терял. Одно было нерушимым: Грачев был верен Ельцину. И в 93-м, когда уже он, Грачев, давал команду стрелять по Белому дому, где был мятежный Ельцину другой боевой генерал - Руцкой. Не одна только верность двигала Грачевым. Те, кто его знал близко, говорят: министр обороны боялся гражданской войны и считал, что, подавив бунт против Ельцина, он ее предотвратит. Не предотвратил.
"Если бы действовала российская армия, я бы никогда не допустил, чтобы танки пошли в город. Это уже безграмотность дикая. А во-вторых, если бы воевала российская армия, то, по крайней мере, одним воздушно-десантным полком можно было бы решить все вопросы", - говорил Павел Грачёв.
В ноябре 1994-го беспомощный штурм Грозного. Позорный разгром, кровь. Министр обороны неуклюже отрицает очевидное. Весь гнев общества обрушивается на него. И в обществе никто не знает, что когда в Кремле принималось решение о вводе войск, Грачев был один против.
"Грачев до последнего надеялся, что сможет договориться с Дудаевым. Но, вы знаете, в военной жизни решение принимает политическое руководство, а силовики становятся инструментом в исполнении этого решения", - объясняет Анатолий Куликов.
"Грачев никогда не делился такими вопросами, которые пролили хоть какую-то тень с подрывом авторитета его руководителей ни в отношении Виктора Степановича Черномырдина, ни, тем более, в адрес президента", - говорит Пётр Дейнекин.
Бездарное начало чеченской кампании. Огромные потери. Боевого генерала будто подменили. Долгая, вязкая, война, требующая огромного мужества и не дающая славы. Грачев в общественном сознании окончательно отделяется от Ельцина, вообще от политической верхушки новой демократической России.
В СМИ министр давно уже растоптан. Острословы приклеили Грачеву прозвище "Паша-мерседес", еще хуже - намекают на его причастность к убийству журналиста Холодова. Ни одно из обвинений не было доказано. Но появляется ощущение, что Грачев брошен.
"Мне известно, что когда Грачев был мальчишкой, он на спор ложился под табун лошадей. Он был неимоверно сильный в моральном отношении человек", - рассказывает Пётр Дейнекин.
Не опирайся Ельцин так сильно на Грачева, могло не быть Ельцина, какого мы знаем, значит, не было бы младореформаторов и не было бы России, в которой мы живем. И те политики, которые считали его чужим, вольно или невольно опирались на него. Потому что он был надежен. В ущерб всему. Не гибок, не изобретателен - надежен. И когда его запас прочности кончился - Грачева просто отставили. В унизительную безвестность. И это унижение, конечно, сократило его жизнь. Могилы Грачева и Ельцина недалеко друг о друга на Новодевичьем. И это хоть как-то восстанавливает справедливость. У тех, кто действительно хочет знать, как начиналась нынешняя Россия, много вопросов к Грачеву, которых уже не задать. Хотя он писал мемуары. Они должны были выйти год назад, но не вышли. Думал ли Павел Сергеевич, что для его правды время не пришло?
