В новой редакции Гражданского кодекса должны учитываться интересы не только бизнес-сообщества и государства как участников гражданских правоотношений, но и отдельных граждан. Представители бизнес-структур негативно отнеслись ко многим поправкам, которые должны быть утверждены в новом проекте кодекса. В частности, предприниматели обеспокоены таким изменениями, как особая процедура создания юридических лиц, повышение уставного капитала при создании фирмы и многие другие вопросы. На эту тему моя коллега Елена Щедрунова побеседовала заместителем руководителя аппарата Высшего арбитражного суда России Андреем Егоровым в студии радио "Вести ФМ".
Щедрунова: Здравствуйте, у микрофона Елена Щедрунова. Правительство обсуждает новую редакцию Гражданского кодекса, которая в конце минувшего года разработана советом при президенте по кодификации гражданского законодательства. Понимая, что авторы проекта нового Гражданского кодекса пытаются защитить первичные интересы и права третьих лиц, представители бизнеса и части министерства, однако, считают, что данные поправки ухудшат деловой климат в нашей стране. Так это или нет, попробуем разобраться с помощью нашего гостя. Это заместитель руководителя аппарата Высшего арбитражного суда России Андрей Егоров. Андрей Владимирович, здравствуйте. Итак, давайте пройдем по тем позициям, которые вызывают недовольство Минэкономразвития и РСПП – Российского союза промышленников и предпринимателей. Вот просто то, что они перечисляют. Итак, введение правовой экспертизы уставов. Почему это ухудшит деловой климат?
Егоров: Они боятся уровня современных специалистов, которые занимаются регистрацией юридических лиц. В настоящее время это Федеральная налоговая служба. Они боятся, что они будут предъявлять к бизнесменам слишком завышенные какие-то требования, и в результате этого уставы будут не согласовываться, и очень трудно будет зарегистрировать компанию. Но в принципе экспертиза уставов – вещь полезная, с учетом того, что если экспертизу уставов не проводить, тогда можно написать самые разные положения, которые в том числе будут противоречить действующему законодательству. Дальше это совершенно спокойно можно сделать, а это такого быть не должно, как вы понимаете. И поэтому у нас могут возникнуть очень неприятные ситуации, когда люди будут читать устав, думать, что это все правильно, а на самом деле все это будет неправильно, и потом в судебном порядке уже, когда возникнет спор, кто-то, полагаясь на положение устава, будет считать нужным действовать так-то и так-то, а потом получится, что ничего такого нет, и суд признает вот это положение устава недействительным и тому подобное.
Щедрунова: А есть такие случаи уже, есть такие прецеденты в судебной практике?
Егоров: Конечно, конечно, постоянно.
Щедрунова: То есть народ пишет уставы под себя, что называется, совершенно не обращая внимания на то, что находится в законодательстве, в некоторых случаях?
Егоров: Он пытается. Вот смотрите, у нас практика колоссальная. В уставы пишут, например, проведение общего собрания в Катманду. Общее собрание акционеров. Кто полетит в Катманду? Вот каждый пусть слушатель представит себя. Он купил акции какой-то компании, но на собрание – в Катманду. Или вот недавно тут было общее собрание проведение тоже где-то в таежном урочище каком-то, понимаете, а там эти не смогли.
Щедрунова: Ну, может, и неплохо – страну посмотреть, поохотиться.
Егоров: Нет, нормально, особенно когда тебе не удается найти в этом урочище никого, кроме медведей. Это я утрирую.
Щедрунова: Понятно, да.
Егоров: Да? Конечно, законы, они достаточно подробные об акционерных обществах, об обществах с ограниченной ответственностью, но все прописать в них невозможно. Уставы призваны конкретизировать общие абстрактные нормы для интересов конкретных людей, объединившихся в какую-то корпорацию. Но переборщить, как вы понимаете, и сформулировать слишком много чего-то такого неправильного, тоже можно.
Щедрунова: Но когда вы говорите о том, что они боятся, что правовая экспертиза не только будет затягивать процесс, но ведь еще могут бояться того, что правовая экспертиза может коррумпировать бизнес. Вы понимаете, когда эксперт проводит проверку, он может сказать, что вот тут у вас, вот тут вот запятая в этом месте не там стоит, вот тут вот тоже что-то буковка не та, давая понять, что пока не принесете конверт, я вам это утверждать не буду.
Егоров: Понятно, такие риски есть. Но пока общество не перестанет конверты носить, из такой ситуации можно идти двумя путями: одним коротким – конверт принести, но это путь такой, который, в общем-то, может отправить в достаточно удаленные места, в том числе того, кто конверт приносит, забывать это не нужно.
Щедрунова: В то же таежное урочище.
Егоров: Да. А есть второй путь – обжаловать действия. Если это незаконный отказ, а действительно если это формальный отказ, то он незаконный, надо идти таким путем. У нас гражданское общество не привыкло свои права отставить, понимаете? Вот в отличие от того, что происходит за рубежом, и так далее. Потому что там, если будет такой незаконный отказ, это будет, пожалуйста, четвертая власть, пресса, это можно стать достоянием общественности, можно обжаловать такой отказ в суд там, и так далее.
Беседу с Андреем Егоровым слушайте в аудиофайлах
