Депутаты МГД решительно выступили против положений федерального закона. Они резко выступили против увеличения состава городского собрания даже на 10 душ - до 45 против нынешних 35. Норма представительства - не догма, но московская норма отличается от общемировой практики не в разы, а на порядки.

На заседании в среду депутаты МГД решительно выступили против положений федерального закона, принятого Госдумой 17 февраля в первом чтении. Закон был разработан в соответствии с предложением, высказанным в послании президента России от 12 ноября прошлого года.

"Ввести единый критерий установления численности депутатов органов законодательной власти субъектов Российской Федерации. Сегодня это делается абсолютно произвольно, что иногда приводит к труднообъяснимым результатам. Например, многомиллионное население экономически сильной Москвы представлено в городской думе 35 народными избранниками, а в Великом Хурале Республики Тыва заседает 162 депутата. Представительство должно быть более универсальным".

В своем движении к большей универсальности законопроект был довольно мягок. В случае численности избирателей в субъекте Федерации свыше 2 миллионов предлагалось установить число депутатов регионального парламента не менее 45 и не более 110. Однако нынешних депутатов МГД не устроила даже и самая нижняя планка. Они резко выступили против увеличения состава городского собрания даже на 10 душ - до 45 против нынешних 35.

Депутаты предложили сделать в федеральном законе изъятия для Москвы и Петербурга. По их мнению, в обеих столицах заксобрания и так работают эффективно, лишних коллег народным представителям не нужно, потому что большая плотность населения позволяет депутатам легко поддерживать связь с избирателями. Опять же, лишние 10 душ в МГД - это лишние расхода для городского бюджета, в наше-то тяжёлое время, и, наконец, в зале заседаний МГД лишь 35 кресел, и ещё 10 кресел там никак не поместятся.

Ссылка на Петербург несколько притянута за уши. Заксобрание северной столицы тут вообще не причём, поскольку оно удовлетворяет нормам законопроекта. При численности петербургского населения в 4,6 миллиона человек в Заксобрании 50 депутатов, то есть больше 45. Попутно заметим, что при московской пропорции в Петербурге было бы достаточно и 17 депутатов. И, наоборот, при петербургской пропорции в МГД пришлось бы иметь 100 кресел. Так что Питер можно было бы и не поминать.

Понятно, что норма представительства - не догма, но когда московская норма отличается от общемировой практики в разы и даже на порядки, это поневоле привлекает внимание. Москва примерно равна по населению таким европейским странам, как Бельгия, Греция, Швеция, Венгрия, Чехия, Португалия. При этом численность депутатов на душу населения в Москве в 6 с лишним раз меньше, чем в Бельгии, и в 11 раз меньше, чем в Венгрии.

Если даже взять чистый случай компактного городского поселения с высокой плотностью, ведь именно высокой плотностью населения МГД объясняет свою малую численность, мы увидим, что полуторамиллионный Мюнхен имеет 80 депутатов в горсовете. По московской пропорции там должно было быть 5 мест. Напротив, по мюнхенской пропорции в Москве должно было бы быть 600 депутатов. Берлин, в 3 раза меньший по населению, чем Москва, имеет 141 депутата. Положим, в Германии совсем уж излишняя демократия, но город-государство Сингапур, демократией не очень злоупотребляющий и при этом сверхплотно населенный, при численности населения в 4,6 миллиона - в 2 с лишним раза меньше, чем в Москве - имеет в законодательном собрании 84 кресла. Для Москвы по сингапурским меркам потребовалось бы 200.

Вероятно, дело здесь в том, что когда депутаты действительно работают, то есть прислушиваются к мнению своих избирателей, регулярно делают запросы и интерпелляции в связи с деятельностью исполнительной власти, тщательно прорабатывают бюджет на предмет разумного использования средств налогоплательщика, принимают полезные, с их точки зрения, законы и отвергают вредные - всё это требует довольно много усилий и довольно много депутато-часов. Поэтому в работающих парламентах число депутатов относительно высокое.

Возможен и другой случай. Если Заксобрание принимает всё, что желает исполнительная власть, если это собрание ничего не контролирует, если оно никогда не подаёт интерпелляций по вопросам, представляющим значительный общественный интерес, да и вообще славится своим умением никогда и ни при каких случаях вообще не задавать вопросов, и если о самом существовании этого учреждения, тем более о его персональном составе, большинство избирателей ничего не знает, в этом случае увеличение числа депутатов будет только лишней нагрузкой на бюджет.