В Казани начался третий по счету аксёновский фестиваль. К этому событию приурочили открытие дома-музея писателя. Бывшую коммуналку, в которой прошло детство знаменитого шестидесятника, отреставрировали и превратили в литературно-музыкальный салон.
Воссоздан дом, в котором никогда не будет гаснуть свет и умолкать джаз, зал, где всегда многолюдно и проходят литературные вечера. Как и мечтал Василий Аксёнов. Про него самого можно писать романы: сирота при живых родителях, десятилетняя разлука с матерью, потеря отца, жизнь по коммуналкам, война и голод. Пятилетнего Аксёнова приютила семья двоюродной сестры, которая забрала его из детского дома и привезла к себе. В восстановленный дом, где прошла юность писателя и где написаны его первые рассказы, первым заходит его сын Алексей Васильевич.
Надо жить, как бы танцуя свинг, любил говорить Аксёнов. По законам драматургии и после жизни писатель оставляет загадки. Один из секретов Василия Павловича – найденный при реконструкции тайник в подвале дома, где десятилетия хранилось то, что ему удалось спрятать, когда на его глазах забирали отца, а затем мать. Мэр Казани достаёт пакет архивных документов и настоящий маузер, всем становится понятно: секрет разгадан.
"Вот этот маузер принадлежал отцу Аксёнова – мэру Казани, он пролежал десятилетия в подвале этого дома. Мы передаём его музею", – говорит Ильсур Метшин, казанский градоначальник.
Там, где во время войны ютилось 12 семей, теперь мемориальный кабинет, джазовое кафе и литературно-музыкальный салон, в котором будут собираться писатели и творческая интеллигенция.
Если литература Аксёнова – это новая русская проза, то дом Аксёнова – это музей целой эпохи. В коммунальной квартире тесно: картонные перегородки, на одного человека в среднем выходит меньше двух квадратных метров. Аксенову часто приходилось спать под столом и играть на крыше дома. С тех пор, как пришлось покинуть Казань и переехать к освобождённой матери в Магадан, в этом доме он побывает лишь один раз.
В 2007 году на первом фестивале "Аксёнов-фест" спустя десятилетия писатель заходит в квартиру и обходит каждую комнату коммуналки, вспоминая даже малейшие детали обстановки: где была печь, стоял стол или кровать. Он заметно переживал, ведь здесь прошло детство.
"Здесь были паводки, и мы передвигались на калитках, как на плотах – разыгрывали сюжеты Джека Лондона", – вспоминал писатель.
Когда фестиваль только задумывался, Василий Павлович поставил одно условие: вместо официоза будут стихи, и никакого застолья – только музыка, только джаз. Третий "Аксёнов-фест" друзья писателя решили не превращать в реквием, а продолжить традицию Аксёнова – танцевать свинг и создавать праздник.
Он не играл в жизнь, он создал её, как и новую русскую литературу с чистого листа, и она просто обречена на жизнь.
