В воскресенье активно проявились те, кто явно хочет помешать крымскому референдуму. В середине дня из Симферополя сообщили, что новые киевские власти отключили электронные системы крымского подразделения Госказначейства и заблокировали все счета крымской автономии. Чтобы простые крымчане не остались без зарплат и пенсий, в автономии сейчас оперативно открывают счета в российских банках.
В Симферополе оказались отключены банкоматы "Приватбанка", которым владеет яркий представитель новой украинской власти олигарх Коломойский. Заблокирована также продажа железнодорожных билетов из Киева в Крым. Не стихают разговоры о возможном отключении поставок на полуостров воды и электроэнергии.
И все это на фоне уже привычных угроз о каком-то военном походе на автономию из Киева. В Крыму говорят, что готовы ко всему и надеются на помощь России. На полуострове сейчас все спокойно. И спокойно в первую очередь потому, что люди, готовые к борьбе, теперь точно знают, за что идет вся эта борьба.
"Русской земли здесь быти", — слова, сбереженные камнем над въездными воротами когда-то мощной крепости, хранят город и монастырь. Монастырь уже век хранит православие, что свой путь по Руси начинало с этих берегов. Их видел Андрей Первозванный, а князь Владимир здесь принимал христианство.
"Это все — колыбель русского православия. Здесь не может быть двух мнений о том, кто здесь должен быть", — поясняет игумен Орест, настоятель Инкерманского монастыря святого Климента Римского.
Пещеры Инкермана, где тысячи лет назад крестили первых христиан, — свидетели молитв и боев за Севастополь. Они укрывали монахов и защитников города во времена и первой, и второй обороны. Они видели рождение черноморской эскадры, в год 1787, когда российская царица совершила свое знаменитое путешествие в Крым.
Потемкин, известный любитель спецэффектов, здесь, у крепости Каламита поставил огромный шатер. Еще до восхода солнца привел сюда Екатерину Вторую и десятки ее иностранных гостей сюда позавтракать. Когда чаепитие закончилось, рассвело. Открылся занавес, и все увидели бухту, в которой стоял построенный за два года российский флот. Орудийным салютом корабли и фрегаты приветствовали императрицу. Потом историки напишут: "Гром пушек возвестил, что Россия сюда пришла навсегда".
А когда все же на время ушла, оставила флот и язык, и людей которые на нем только и говорят. Говорят о том, что ни на каком ином никогда не будут и о том, что выбор сделан.
"Они ориенитрованы все на Запад. Мы ориентированы на Москву. И от Москвы мы — ни на шаг", — говорит Александр Ковшарь, контр-адмирал в отставке.
Крым уже не верит никому, кто рвется на полуостров с Запада. Даже если на автобусе табличка ОБСЕ, даже если на шевронах флаги 22 государств, даже если на очень хорошем русском его убеждают, что это обычная инспекция.
"Мы хотим увидеть, как развивается ситуация в Крыму, насколько все мирно и спокойно, есть ли в Крыму военная деятельность", — поясняет свои намерения Ирштван Габораш, наблюдатель ОБСЕ.
Но зачем тогда столько камер и микрофонов украинских телеканалов, которым вроде же военные наблюдатели не слишком доверяют? Понимание приходит, когда русскоговорящие европейцы делают шаг назад, и их место перед бойцами "Беркута" занимают предпочитающие другой язык.
На Грушевского поначалу так же увещевали милицию мирные горожане, а потом пришли те, кто начал ее жечь. Может, и здесь понадобилась картинка пусть не побоища, хотя бы стычек у поста на крымском перешейке. Между двумя митингами всего 50 метров и "Беркут". С одной стороны желто-синие флаги, с другой — триколоры России и Крыма. И никто не готов отступить.
Эту страну, похоже, уже не склеить. Удивительно, но это понимают и по ту сторону перешейка. В 20 километрах от линии крымской обороны уже украинские войска.
Сколь громко бы ни звучали заявления из Киева о единой и неделимой Украине, граница по перешейку, де-факто, уже пролегла. Здесь у озера Сиваш не только воинские части, но и украинские пограничники, которые проверяют паспорта и содержимое автомобилей. Так дело может дойти и до въездных виз.
В овраге армейские палатки, которые снимать запрещают, пара БТР-ов, один из которых окопан. Задачу и смысл обороны перешейка с этой стороны нам объясняет майор минобороны Украины: войска тоже на охране пока не признанной официально границе.
Крымский "Беркут" действительно вооружился. Точнее, оружие отказался сложить. Его линия обороны вдоль Турецкого вала, у двух дорог, что связывают Киев и Крым по земле.
Казаки и севастопольский "Беркут" уже ни одну машину не пускают без досмотра. Сейчас те, кто вслед за Майданом хочет поджечь и Крым, уже осторожней. Поначалу революционные спецсредства даже не прятали. Чаще всего — бронежилеты и каски, сразу видно, откуда следовали: из Киева.
Одновременно Крым покидают те, кто, видимо, задание выполнил. Схема такая: поработавшие "стволы" вывозят одной машиной, не использованные боеприпасы — другой. Первая, возможно, смогла пост пройти. Второй перевозчик идет на прорыв.
Эта неделя, вероятно, стала последней, когда оборона Крыма действовала по наитию, без четкой координации между подразделениями и единого центра, а значит, и без точного понимания, куда и как срочно перебросить подкрепления сил самообороны. Но Крым с каждым днем все больше напоминает государственное образование.
"Крымскому парламенту полностью подчинились автономные силовые структуры, это МВД Автономной Республики Крым, Служба безопасности, налоговая администрация, прокуратура, а также минобороны АРК", — отметил председатель Совета министров Автономной Республики Крым Сергей Аксенов.
Атаковать Крым со стороны Киева уже вряд ли получится. Но внутри автономии заложена такая мина, что может рвануть в любой момент, если помогут.
Так уже было, когда столкнули два митинга: русский и крымских татар. Их процентов 12 от населения полуострова. Серьезная сила, которую можно повернуть куда угодно, если напугать.
"Пугают тем, что Россия может повторить выселение татар. Многого ведь не надо", — отмечает Кемал Куку, старейшина крымско-татарской общины поселка Кореиз. Кемал родился 80 лет назад в деревне крымских татар под Ялтой. В 1944 году его семью, как и сотни других, выслали в Самарканд. Он точно знает, чего его народ ждал от украинских властей все годы после возвращения и будет ждать, если придется, от России.
Для кого-то в Крыму будущая неделя будет временем сомнений, кому-то просчетов, что выгодней. И тех, и других — не много. И их точно единицы здесь, в городе, где даже настоятель монастыря — бывший офицер российского флота. Где у храма каждое утро поднимают Андреевский флаг. В городе, который двадцать с лишним лет был в гостях и хочет домой.
