На фестиваль "Балтийский дом" приехал один из лучших спектаклей латвийского театрального импрессиониста Алвиса Херманиса "Долгая жизнь" про один день в коммуналке, где живут пятеро стариков. Спектакль почти без слов. Подобные этюды студенты-актеры разыгрывают на первом курсе. Образы творятся из воспоминаний, собираются на улице.
Виллис Даудзинс просто смотрел на людей вокруг и заметил кондуктора в троллейбусе, который очень энергично продавал билеты. Актер Виллис Даудзинс вспоминет: "Как-то увидел одного кондуктора в троллейбусе. Интересно, что он был с горбом, и у него не двигалась шея. Но он был кондуктором. И это, конечно, удивительно. Это ведь такая профессия, что тебе двигаться надо. Я смотрел на то, как он это делает. И делает он это всем туловищем".
Самозабвенно – всем телом, будто преодолевая земное притяжение – рвется вверх Старик. Все-то ему неймется. Надо вот покрасить потолок, даже если разбил паралич. Но старческая немощь не в тягость – бытовые трудности побеждаются легко и непринужденно. Провалился в ванну? Ничего страшного: рука помощи всегда рядом. Актер Гирц Круминс признался: "Этот спектакль было очень трудно играть. Как-то физически так мучительно. Я после спектакля смотрел в зеркало и буквально видел, что я действительно старею – лицо становится такое старое".
Театр Алвиса Херманиса очень человечный и очень живой. Смешливый, и при всей своей простоте изощренный, требующий за сценой колоссальной работы. Играть стариков без грима – работа не из легких, и это при том, что Алвис Херманис – режиссер мягкий. Свои спектакли он творит совместно с актерами, а на репетициях обычно немногословен. Актриса Гунна Зариня вспоминает: "Единственный раз Алвис говорил о том, как надо играть. Он говорил: "Ну, там надо играть так, как река течет". Мы тогда так и играем – как река течет. Мы пытаемся как-то точно друг друга слышать".
Судя по всему, слух у рижских актеров абсолютный. В бессловесной каллиграфии на сцене рождается обыкновенный человек. В мельчайших подробностях – жизнь родителей. На сцене – множество старых вещей из советского прошлого. Вот ностальгически скрипит мясорубка в руках героя, Вот другой герой, выпив что-то молочное, принимается за коробку – Отрезает дно, разрезает ее по краям и слизывает с картона остатки. Кто этого не проделывал в счастливом советском детстве?
Добрая ностальгия по прошлому – еще одно отличие Херманиса от современной режиссуры. Свои темы он ищет не в актуальной нынче "новой драме". "Алвис как-то поймал, что это очень несовременная тема – старость. Сейчас все хотят быть молодыми, успешными, здоровыми, жить как можно дольше. И мы шли от обратного – говорить о том, о чем никто не хочет говорить", – рассказала гунна зариня.
"Долгая жизнь" – спектакль не о том, как старикам плохо. Наоборот – о том, как им хорошо. Они вовсе не одиноки, деятельны и бодры духом, моментами напоминают даже подростков, собираются на совместные посиделки с вином и музыкой, трогательно ухаживают друг за другом. Престарелые дети в спектакле словно говорят: нужно жить просто ради жизни, несмотря на все невзгоды и трудности.
