Тема:

Убийство Мохсена Фахризаде 2 недели назад

Посол Ирана: власти США были заинтересованы в убийстве Фахризаде

В Тегеране в результате нападения погиб глава ядерной программы Ирана Махсен Фахризаде. О подробностях нападения и о тех, кто за ним стоит, рассказал в эфире канала "Россия 24" посол Ирана в России Казем Джалали.

- Господин посол, я вас приветствую, спасибо за то, что вы нашли время поговорить с нами сегодня. К сожалению, тема встречи печальная: в Тегеране убит глава ядерной программы Ирана Махсен Фахризаде. Что сегодня известно о нападении?

- Вы знаете, мы потеряли в его лице огромную ценность, он был крупным ученым, заместителем министра обороны. Трудно переоценить его вклад в стратегическую безопасность Ирана. Террористическая операция – это самый преступный способ, который можно придумать для расправы с представителем научного сообщества, можно сказать, достоянием всего человечества. К сожалению, это не первый наш соотечественник, принявший мученическую смерть. В списке объектов террора за 40 лет, прошедших после Исламской революции, есть и президент, и премьер-министр, и депутаты, и судьи. Даже наш верховный лидер Аятолла Хамеини тоже подвергался террористической атаке, что можно заметить по его травмированной руке. В общем, не новость, что наши враги используют терроризм против Ирана. Причем помимо представителей власти жертвами стали сотни гражданских лиц. Мы хорошо знаем, кто за всем этим стоит, в том числе правительства каких государств.

- Сейчас появляется очень много противоречивых сведений о подробностях нападения. Как оно было организовано? Понятно, что господин Фахризаде был охраняемым человеком и важным лицом в государстве. Как получилось так, что злоумышленники смогли выследить его маршрут, так хорошо подготовиться к организации этого убийства?

- Здесь есть несколько моментов: первое – это то, что высокопоставленные лица нашей республики не желают, чтобы их плотно охраняли. Они хотят жить жизнью обычных людей, и это обстоятельство, конечно, создает брешь в подходах к вопросам безопасности. Второй момент: ясно, что этот теракт был осуществлен с помощью иностранных спецслужб, которые до мельчайших подробностей отслеживали график Махсена Фахризаде. Они знали, что он собирается навестить отца, и следовали за ним по пятам. И, к сожалению для наших спецслужб, враги сумели найти лазейку в их системе охраны. Стоит отметить, что в результате взрыва электроподстанции в том районе оказались обесточенными все видеокамеры на трассе к дому погибшего ученого. Можно констатировать, что вражеский план долго и тщательно готовился. Конечно, это огромный вызов нашим спецслужбам.

- Подтверждается ли информация о том, что нападение осуществлялось дистанционно с помощью спутникового слежения? И были ли все-таки злоумышленники-террористы на месте преступления?

- Люди, которые были на месте преступления, сейчас находятся под следствием. План спецоперации был всеобъемлющим, в нем было задействовано очень много возможностей. Тот же почерк мы видели не раз, все это еще раз свидетельствует о том, что в покушении на Махсена Фахризаде были задействованы государственные спецслужбы.

- Я понимаю направление вашей мысли, но я все-таки уточню: по делу об этом теракте сейчас кто-то задержан, есть ли подозреваемые, исполнители?

- У нас есть некоторые зацепки. Глава разведки Ирана и министр безопасности тоже в своих интервью об этом сказали. И сейчас наши спецслужбы распутывают этот клубок, и сделают соответствующие заявления, лишь достигнув результат.

- Вы говорите о зацепках и пробелах, трещинах в работе спецслужб. Это значит, что в спецслужбах может быть кто-то предателем?

- Нет, я не могу этого сказать. У меня такой информации нет. Пока установлена личность владельца автомобиля, в результате взрыва которого была выведена из строя электроподстанция. Также свидетели обратили внимание, опознали ряд подозрительных лиц.

- Вы использовали термин "государственный терроризм". Есть предположение, какая страна может стоять за этим терактом?

- Пока что те прямые и косвенные свидетельства, которыми мы располагаем, указывают на то, что, как и в прошлые разы, за этим терактом стоит Израиль. Хотя, надо сказать, что американцы, имею в виду правительство (президента США Дональда – ред.) Трампа, также были заинтересованы в этом. Тем более, что в прошлом у нас есть прецедент: еще в начале года в результате масштабного теракта принял мученическую смерть генерал-полковник Касем Сулеймани. Причем это случилось, когда он посещал с официальным визитом соседний Ирак. Но американцев это не остановило. И сейчас такую же мученическую смерть принял наш выдающийся ученый. Израильский режим нам постоянно угрожает. Уже после случившегося бывший руководитель службы безопасности Израиля фактически признал это. Еще раз подчеркну, руками простых террористов такие операции не осуществить.

- Вы упомянули о свидетельствах. Как вы намерены с ними поступить? Будете ли вы их представлять международной общественности – свидетельства причастности Израиля?

- Непременно. Мы должны найти новые свидетельства, над чем и работают наши спецслужбы. И когда будут результаты, информация о них будет представлена международному сообществу.

- Иран обещал дать ответ на убийство Махсена Фахризаде. О чем может идти речь, каким может быть ответ?

- У Исламской республики Иран будет несколько ответов. Первый заключается в том, что воля в продолжении нашего пути не будет подорвана. Несмотря на аналогичные теракты, мы не сделали этого (не отказались от ядерной программы – ред.) ни разу за последний 41 год. Не добьются они этого и сейчас. Не сомневайтесь, что у наших ученых будет еще больше решимости достичь поставленных задач. Мне кажется, что за 41 год все должны были понять, что с помощью убийств и терактов, а также санкций, угроз и силы нельзя разговаривать с нашей республикой и нашим народом. За всю человеческую историю не было примера, когда на одну страну накладывать такое количество санкций. Я не хочу сказать, что они на нас не оказывают влияния, но одно можно утверждать точно: наша воля не подорвана. Мы даже в чем-то сочувствием нашим врагам, поскольку они никак не поймут ни народ Ирана, ни суть Иранской революции, и продолжают идти по ошибочному пути. В нашем религиозном учении, если вы знаете, есть такое понятие, как "мученическая смерть". Наши враги не понимают, почему иранские должностные лица, военные, представители других силовых структур молятся за то, чтобы принять мученическую смерть. Они не могут представить, что такая мечта была у Махсена Фахризаде и Касема Сулеймани.

- Сейчас многие государственные деятели Ирана, получается, рискуют быть убитыми, их могут преследовать. Какие меры безопасности в связи с этим будут усилены?

- Наши службы безопасности очень сильны, и врагам потребуется чересчур много усилий, чтобы провести подобные операции. Уверен, что те бреши, благодаря которым стало возможно это убийство, будут ликвидированы, в этом можно не сомневаться.

- Что может измениться в международном положении Ирана и в отношениях Ирана с западными странами после прихода к власти нового американского президента? Может ли это повлиять на перспективы возобновления ядерной сделки и другие острые вопросы?

- Очень хороший вопрос. Возможно, даже в России сейчас есть люди, которые скажут, что с приходом Джо Байдена Иран опять повернулся к Западу. Такие умозаключения возможны только от незнания. Наша политика не менялась в зависимости от президентов Соединенных Штатов и не будет меняться. Это американская политика переговоров в очередной раз потерпит неудачу. Наш народ эту хитрость давно разгадал. И, как сказал наш верховный лидер, попытка Америки протягивать нам чугунную руку в бархатной перчатке ни к чему не приведет.

Вы можете спросить: почему мы тогда провели переговоры с администрацией Обамы? Причина заключается в том, что сам президент США написал несколько писем, в которых заявил, что будет признавать ядерные права Ирана, и тогда требование переговоров стало мировым трендом. Мы проводили их в составе "евротройки", потом к ней присоединились Китай и Россия. Тогда эти пятеро сказали: "Неплохо бы добавить США". И у нас начались переговоры в формате "пять плюс один". Потом произошло событие, показавшее, что воля одной страны идет вразрез со всеми остальными: выход американцев из СВПД. Договоренность была подорвана. Если бы тогда "евротройка" проявила солидарность с Китаем и Россией, можно было бы сохранить СВПД, несмотря на демарш США. Стоит также отметить, что американская стратегия в отношении Ирана не меняется от сменяющихся президентов, меняется только тактика, мы видим эту разницу: одни американские лидеры не прячут свою жесткую линию за красивыми словами, а другие – прячут. С народом Ирана такой гипноз не пройдет. Американцы уже исчерпали весь свой инструментарий в отношении нашей страны, в запасе у них, похоже, ничего не осталось.

- 18 октября закончилось действие так называемого оружейного эмбарго Совета безопасности ООН. Что изменилось в отношениях Ирана в этой сфере с другими странами?

- Американцы очень старались, чтобы резолюция 2231 не реализовалась, но все этому воспротивились. Особенно важную роль сыграла Россия. Можно сказать, что она управляла этим процессом, также важная роль была у Китая, и благодаря этому даже традиционные друзья США – Великобритания, Франция и Германия – на этот раз с ними не согласились. Голосование показало, что односторонние действия США потерпели фиаско. И сейчас Иран может свободно продавать и свое вооружение и приобретать за рубежом те, которые необходимы для его безопасности.

- Завершающий вопрос. В свете последних событий какой еще поддержки вы ожидаете от России?

- Мы считаем Россию своим союзником. За последние десятилетия наши отношения только улучшились. У нас есть общность политических линий, обе наши страны выступают против односторонних действий, потому с тактической точки зрения мы находимся на одной стороне фронта. За последние годы Россия показала абсолютное уважение норм международного права, а так же то, что в борьбе с терроризмом Россия выступает очень серьезно. То же самое демонстрирует и наша республика, доказательством чего служат наши действия на территории Сирийской Арабской Республики. Если бы не было Ирана и России, в Сирии сейчас было бы еще хуже, чем в Ливии. К сожалению, те страны, которые находятся за пределами этого региона, хотели собрать здесь всех террористов. Мы также оценили, что Россия на всех международных площадках осудила террористический акт в отношении Ирана. Вместе мы не позволим, чтобы государственный терроризм управлял нашим регионом, и выступим против него единым фронтом.

- Пусть так и будет. Я благодарю вас за это интервью.