Синтетический жанр: Марина Швыдкая о "Принцессе цирка" и мюзиклах в России

В Москве состоялась премьера мюзикла "Принцесса цирка". Режиссер постановки Марина Швыдкая в эксклюзивном интервью Вестям.Ru рассказала, почему в качестве постановщика цирковых номеров позвали канадца, в чем специфика этого уникального жанра, и как пройти кастинг в Театр мюзикла.

- Давайте начнем с того, что такое вообще мюзикл как жанр?

- Мюзикл как жанр – это замечательное открытие ХХ века, объединяющее в себе и танец, и вокал, и пластику, и драматическую составляющую. У нас в стране долгое время считалось, что это как бы не наш жанр, что он не приживется на российской почве. И долгое время у нас существовали в основном лицензионные американские мюзиклы. Главным первооткрывателем российского мюзикла стал "Норд-Ост", спектакль яркий и интересный, к огромному сожалению, закончившийся страшной трагедией. Долгое время наш зритель этот жанр совсем не понимал и не принимал. У нас менталитет немножко другой – наш зритель любит, чтобы была сильная драматическая составляющая. Мы воспитаны на драматическом театре с вкраплением музыки. Для нас главное – все-таки драма, а не музыка. На самом деле в Америке мюзиклы тоже очень разножанровые и разноплановые. Когда в Америке мы пошли с мужем на Бродвей, на классический мюзикл "Kiss Me", выяснилось, что с нашей точки зрения это оперетта чистой воды.

- И, тем не менее, Михаил Швыдкой решил создать Театр мюзикла в России. Почему?

- У Михаила Ефимовича давно была мечта – создать российский мюзикл. Он все время предлагал разным людям сделать спектакль с музыкой 30-х годов, которая звучала в России и Америке – ведь ее на самом деле писали люди одной крови, например, братья Покрасс. Но никто эту идею не подхватил. И когда он ушел из министров, он решил осуществить эту идею сам. Так появился спектакль "Времена не выбирают". Сначала это был эксперимент. Выдающийся Михаил Барышников предоставил свой центр в Нью-Йорке, туда поехало 10 наших артистов, набрали 10 американских артистов, и они пели музыку 30-х годов – американскую и русскую (американскую – наши, русскую, советскую – американцы). Это получилось симпатично. Но после того, как все на это посмотрели, стало ясно, что американцы плохо поют русские песни, а наши плохо поют американские. В результате решили этот проект делать только с российским артистами. Написали сюжет, подключился замечательный театральный продюсер Давид Смелянский, мы заключили договор с ДК Горбунова, сделали там капитальный ремонт и выпустили спектакль "Времена не выбирают". Так родился наш театр.

- С тех пор у вас вышло сразу несколько громких мюзиклов…

- Дальше были "Растратчики" на музыку Максима Леонидова, "Жизнь прекрасна", "Золушка", "Преступление и наказание" и вот теперь выходит "Принцесса цирка". Основное наше кредо: только оригинальные постановки и ничего лицензионного. Кроме того у нас театр репертуарный, чего в мюзиклах вообще-то не бывает.

- Каждый сезон в Москве появляется несколько новых мюзиклов. Почему такая плотность?

- Мюзиклы стали востребованы, популярны, необходимы. Если взять репертуар любого драматического театра, в нем обязательно будет мюзикл. Если спектакль очень удачный, он остается еще на один сезон. Это жанр, который все больше и больше набирает популярность у нас в стране.

- В новом мюзикле "Принцесса цирка" за акробатическую часть отвечает канадец Себастьян Солдевилья. Как вы про него узнали?

- Есть такой театр-цирк, который называется "7 пальцев" ("7 Fingers"). Он впервые приехал в Москву на Театральную олимпиаду, куда со всего мира собираются лучшие оригинальные спектакли. Наш продюсер Давид Смелянский подружился с этим коллективом и организовал им гастроли в нашем театре. Сначала они привезли спектакль "Следы", а потом — два года назад – "Кухню". В свое время все создатели этого театра работали в Cirque du Soleil, а потом решили создать свой уникальный коллектив – театр-цирк. У них такое режиссерское братство — нельзя заключить договор с конкретным режиссером, это все-таки театр, хотя у всех его участников – разные проекты.

- Как же им народа хватает? Сколько человек у них в труппе?

- Так труппы нет! Есть только семь режиссеров. Труппа набирается под каждый конкретный проект. В общем-то, как у нас. У нас, правда, есть артисты, которые почти в каждой постановке задействованы.

- В мюзикле понятно. Удивительно, что в цирке так бывает.

- Ну, у них все-таки не совсем цирк, а театр-цирк. Это спектакли на сцене, не в цирковом помещении. Они ездят с ними по миру. Они очень известны в Европе, в Америке, но не так известны у нас. Мы как полюбили Cirque du Soleil, так на них и ходим. А вообще-то Канада сегодня – цирковой центр: там потрясающая цирковая школа.

- Как же началось сотрудничество вашего театра и этих канадцев?

- У нас была идея – обратиться к классической оперетте и сделать из нее мюзикл. Одна из режиссеров "7 пальцев" в Америке сделала спектакль "Pepin", который, по сути, — такое мюзикл-цирковое представление. Это увидели Давид Яковлевич и Михаил Ефимович, им очень понравилось, и мы подумали, почему бы не сделать что-то такое у нас. И тут мы вспомнили, что есть любимая всеми оперетта "Принцесса цирка". В 1956-м году вышел замечательный фильм с гениальным Георгом Оттсом, и до сих пор его, смотрят, знают и любят. Это удивительно: вроде бы Кальман, но мы считаем, что это наше. И мы решили сделать спектакль, действие которого происходит в цирке, а главный герой – цирковой артист. В фильме тоже есть цирковые номера, но это все-таки кино. В театре цирк всегда был вне главного внимания, фоном. Мы решили, что у нас будет именно цирк, с настоящими цирковыми артистами. И поскольку "7 пальцев" – это как раз цирк на сцене, мы и обратились к одному из их режиссеров — Себастьяну Солдевилья. Он загорелся и согласился и с удовольствием сделал такой спектакль. Мы прочитали все либретто, какие только можно, начиная с оригинального. Надо сказать, что оригинальное либретто ужасно смешное. Главного героя там зовут Федор, а героиню – Федора, там не барон, а великий князь, действие происходит в цирке Станиславского. И мы стали что-то переделывать, посмотрели австрийский фильм, немецкий фильм, посмотрели, как переделывали либретто в 30-е годы в России, и поняли, что за основу надо брать именно либретто фильма. Год мы этим занимались, и в итоге у нас очень много изменений по сравнению с фильмом, вплоть до появления новых персонажей и изменения старых. У нас, например, барон – абсолютно не комический персонаж, у нас получился такой любовный четырехугольник с двумя героями и двумя героинями.

- А не было идеи привлечь наших цирковых артистов и режиссеров?

- Так наши артисты и играют в спектакле. А режиссера циркового с такой стилистикой и даром соединения цирка и театра мы в России не нашли. Такого режиссера найти, в принципе, трудно. Это должен быть уровень Валентина Гнеушева. Но, кстати, Мистер Икс у нас будет исполнять номер, который придумал Гнеушев. Это, конечно, личность, которая могла бы заменить Себастьяна.

- А что за артистов взяли в итоге?

- Был огромный кастинг – и среди цирковых артистов, и среди театральных. Но дело еще в чем: у нас не только цирковые артисты будут исполнять цирковые номера, у нас будут их исполнять и артисты мюзикла. Это будет первый спектакль, который объединяет драму, мюзикл и цирк. Это первый российско-канадский мюзикл, который включили в программу Чеховского фестиваля в 2017 году. Это сложнейший синтетический спектакль, в котором намешано все. Например, героини – и Теодора, и Мари – делают сложнейшие цирковые номера, хотя это изначально мюзикловые артистки.

https://cdn-st4.rtr-vesti.ru/p/lw_1317845.jpg

- Где же вы таких мастеров нашли?

- Воспитали в своем коллективе.

- А профессиональное образование артистов мюзикла у нас в стране есть?

- Три года назад в Щукинском училище мы набрали курс для Театра мюзикла. Я – художественный руководитель этого курса. Сейчас эти ребята на четвертом курсе, 8 из них уже работают в "Принцессе цирка". И я надеюсь, все скоро имена этих артистов станут широко известны. В этом году набрала курс мюзикла в ГИТИСе Лика Рулла. То есть постепенно развивается это направление. В мюзикле очень важно пройти так называемую школу ансамбля. Она дает профессионализм, дает дыхание. Я смотрела на своих студентов, которых мы, вроде, учили и петь, и танцевать: они выходили на большую сцену и в движении вдруг петь переставали. Чтобы сыграть роль, надо, чтобы каждый день были тренировки. Для того чтобы все это соединить, нужен высочайший профессионализм.

- Кого вы считаете наиболее успешным артистом в этом жанре?

- Валерия Ланская, Екатерина Гусева, Лика Рулла, Дмитрий Ермак, наши артисты Анна Гученкова, Оксана Костецкая, которая получила премию "Золотая маска", Елена Моисеева. На самом деле таких артистов много. Но мы решили выращивать звезд в своей труппе. Мы доверяем молодым. Потому что у нас, если честно, много хорошо поющих хороших артистов, и надо давать им дорогу.

- Какой самый долгоиграющий мюзикл у вас?

- Самый долгоиграющий — конечно, "Времена не выбирают", который идет уже шестой сезон. Но это за счет того, что у нас репертуарный театр. Нерепертуарный — не может себе позволить шесть сезонов выдержать на одном спектакле, если это не какой-нибудь сверхпопулярный мюзикл, как "Кошки" или "Призрак оперы", например.

- Как актеру попасть к вам в театр? Реально это? Что нужно уметь? По каким критериям вы отбираете людей?

- Человек должен хорошо петь, хорошо двигаться и быть талантливым драматическим актером. Попасть, конечно, реально. Мы отсматриваем на кастингах тысячи человек на спектакли, и бывает, что приезжают, действительно, издалека. Хотя сами кастинги я очень не люблю, потому что всегда есть в этом некая обманка. Есть артисты, которые блестяще показываются на кастинге, а потом не очень хорошо работают, а есть наоборот – которые провально выглядят на кастинге, а потом работают замечательно. То есть кастинг – это как экзамен в театральный институт — все равно немножко лотерея.