Железная дорога для России — это и кровеносная система, и нервная. Как это уже не раз бывало, именно состояние путей сообщения — это лакмусовая бумажка того, как и чем живет вся страна, не говоря уже о вокзалах.
Ярославский вокзал Москвы. За роялем — выпускник Гнесинки, по штатному расписанию — дежурный по залу. Оценить возрожденную традицию — когда-то на вокзалах играли даже Рахманинов и Шаляпин — способен не каждый, но то, что такой непривычный комфорт убаюкивает, — факт.
За беспечный сон и безопасность пассажиров отвечают сотни невидимых глазу камер по всему периметру площади трех вокзалов.
"Когда заезжаем, фиксируются номерные знаки, визуально фиксируются люди, которые находятся внутри салона. Эти данные сверяются с теми базами, которые есть у правоохранительных структур. Очень часто на въезде задерживаем транспортные средства, как правило, они находятся в базе по угону", — рассказал Сергей Абрамов, начальник Дирекции железнодорожных вокзалов ОАО "РЖД".
Вместе с Сергеем Абрамовым с крыши Казанского вокзала смотрим, как изменился крупнейший транспортно-пересадочный узел Европы. Еще недавно — царство криминала и дорожный хаос, сегодня это аккуратные легальные парковки и свободное движение в рабочий полдень. В программе модернизации вокзалов самая затратная статья — безопасность. За шесть лет расходы выросли в 14 раз.
29 декабря 2013 года. На привокзальной площади Волгограда появляется с виду обычный студент. В его рюкзаке — взрывчатка разрушительной силы — 10 килограммов тротила. Вот-вот на вокзал должен прибыть фирменный поезд из Москвы.
"Этот молодой человек в очках и с рюкзаком подходил к нашему вокзалу, камеры его всю дорогу фиксировали. Он подошел, постоял немного, засунул руки в карманы — скорее всего, взвел механизм страшный. На тот момент техники, которая могла бы распознать подозрительное поведение, не было. Резкое передвижение, неадекватное поведение — все это сейчас фиксируется и передается в правоохранительные структуры", — отметил Сергей Абрамов.
Путь террористу преграждает сотрудник охраны, требует поставить рюкзак на ленту досмотра.
Взрывом выносит массивные дубовые двери. На полу — месиво из стекла и металла. 18 погибших. Если бы смертник прошел через рамку, жертв было бы на порядок больше.
Наталья Дудина, инспектор участка досмотра пассажиров Волгоградского железнодорожного вокзала, выжила чудом. Тогда ее, молодую сотрудницу, с тяжелейшей травмой головы увезли в реанимацию. Сложные операции, инвалидность. Но сегодня Наталья вновь на посту. "Я не представляю другой работы для себя. Мне нравится эта работа, нравится работать с пассажирами, с коллективом", — признается девушка.
Согласно действующему закону, досматривать пассажиров имеет право только полицейский. У сотрудников вокзала, являющихся первым кордоном и по сути живым щитом, таких полномочий формально нет.
"Я своим личным приказом обязываю их проводить досмотровые мероприятия", — заявил Сергей Абрамов. Но из-за бюрократических проволочек юридический казус пока не устранен.
Технологически после теракта изменилось многое. За жизнью 80 крупных вокзалов России уже наблюдают "умные" камеры — продукт российских инженеров из Татарстана, Сибири, Петербурга и Москвы. Камеры анализируют поведение, мгновенно сверяют лица с базами спецслужб.
Почти 130 видеокамер опоясывают вокзал небольшого Рыбинска. Историческое здание привели в порядок, бережно сохранив первоначальный колорит. Внутри — красиво, снаружи — функционально. Поезда и автобусы теперь — под единой крышей: спасает, если внезапно отменяют электрички.
"Я убежден, что подобного больше не повторится, потому что вопрос находится на контроле руководителя страны. Мы готовы и к нештатным ситуациям, когда по каким-либо причинам может происходить существенная корректировка и уход одного вида транспорта, замена его другим видом транспорта на нашей инфраструктуре", — подчеркнул Сергей Абрамов.
Вокзал Ростова ежедневно принимает сотни беженцев из Украины. В здании развернуты мобильные пункты ФМС и МЧС — цивилизованное место, где можно укрыться от войны. Пять лет назад любой вокзал — рассадник цыган, преступников и бомжей.
И снова Москва. В 2009 году между Ярославским и Ленинградским вокзалами находился рынок. Назывался он "Крест". Это было одно из самых злачных мест: ворованные телефоны, наркотики, опасная шаурма... Палатки снесли, открыв нормальный доступ к пригородным кассам. Освободившегося места хватило для строительства дополнительного железнодорожного пути.
"Самым сложным была именно декриминализация. Надо было предложить тем людям, которые работали вне рамок правового поля, либо уйти с давно насиженных мест, либо же стать цивилизованными предпринимателями во всех сегментах", — рассказал Абрамов.
Кое-где партнеры из прошлого все же остались. Площадь Белорусского вокзала. Невнятные люди в пятнистых одеждах уверенно собирают сторублевые купюры. Парковка — неофициальная.
"Здесь предлагают незаконные услуги по охране, точнее по остановке транспортных средств. Люди какие-то странные стоят. Они прячутся сразу, когда видят нас. Раньше они назывались "бомбилами"", — пояснил Сергей Абрамов.
Площадь перед Белорусским вокзалом пока не в ведении самой железнодорожной гавани. Легальная парковка — вопрос нескольких месяцев. Транспортная схема московскими властями утверждена. В регионах модернизация будет продолжена. В кризис придется экономить, но цель, уверяет Абрамов, почти достигнута: преступность снизилась втрое. Вокзал, вопреки стереотипу, становится самим безопасным и комфортным местом в большинстве городов страны.
