Тема:

Утечка химикатов в Венгрии 11 лет назад

"Специальный репортаж": Красная планета

Огромная территория в западной Венгрии сейчас почти как Марс. Красная планета, безлюдная и опасная для жизни. Волна химикатов пришла внезапно, затопила города и деревни и хлынула в небольшие речки, впадающие в Дунай.

"Вода пришла внезапно, – говорит житель города Девечер Тот Ласло. Все вокруг кричали – спасайтесь! Дамбу прорвало! Мы зашли в мастерскую. Попытались подняться повыше – кто на что смог. Вот так вот – я стал на домкрат, и смотрел в окно на проходящий поток".

Огромная территория в Западной Венгрии сейчас почти как Марс – красная планета – безлюдная и опасная для жизни. Волна химикатов пришла внезапно, затопила города и деревни и схлынула в небольшие речки – притоки Дуная, оставляя всюду ядовитый осадок.

Житель города Колонтар Лазло Конц вспоминает: "Я залез на стул, потом на стол. Если бы вода поднялась еще на 20 сантиметров – она достала бы до меня. Все, что у меня осталось, – это одежда, которая на мне. Дом разрушен. Туда, где я раньше жил, сейчас не пускают военные. Оттуда грузовики вывозят обломки – каждый раз смотрю и думаю, наверное, это мой дом повезли".

На самом деле обломки дома Лазло Конца все еще на месте. В городе затопило 400 строений. И большая часть улиц до сих пор выглядит так, будто поток красного шлама прошел здесь только что.

Масштабы бедствия хорошо видны по следам на домах. После прорыва дамбы тонны ядохимикатов хлынули на населенные пункты. Видно, что поток был выше человеческого роста, а в некоторых местах достиг 2,5 метра.

Жители Колонтара и Девечера – городов, больше всего пострадавших от техногенной аварии, – в один голос повторяют: "Это счастье, что катастрофа произошла днем, а не ночью. Иначе умерли бы сотни людей".

"Поток пришел внезапно, выбил окно и через него вода зашла в дом, – говорит житель города Девечер Сита Бэла. Моя теща спряталась на чердаке у соседей, так и спаслась. Сверху они видели, как людей вместе с машинами смывало с дороги. Один человек так и утонул. Потом всех эвакуировали спасатели".

Сита Бэла десятый день пытается очистить от красной жижи дом своей тещи, хотя пока неизвестно, вернется ли она в затопленный город.

Во время катастрофы погибли девять человек, 150 – попали в больницу с химическими ожогами.

"Красный шлам" – это отходы производства алюминия. Он загрязнен щелочью, и при попадании на кожу начинает ее разъедать. А высохшая глина превращается в ядовитое облако пыли. Экологи насчитали в осадке 38 элементов периодической системы Менделеева. Концентрация веществ, опасных для жизни человека, здесь близка к критической. Ученые Веспремского университета ежедневно берут в пострадавших районах пробы воды, воздуха и почвы.

"С момента аварии мы постоянно проводим лабораторные анализы. "Красный шлам" состоит в основном из тяжелых металлов: оксидов железа, алюминия и титана. Они могут накапливаться в организме человека. Еще в нем очень много веществ, смертельно опасных для всего живого – кадмий, мышьяк, никель, ртуть, сурьма. Особенно много мышьяка", – поясняет эколог Эржебет Хегедюш.

Кашель, боль в горле и ощущение "песка" в глазах. Люди жалуются на одни и те же симптомы. Между тем, последствия жизни в зоне экологического бедствия могут проявиться намного позже, и в страшной форме.

"Местные жители жалуются на то, что горло першит, воспаляется. Естественно, все, что находится в воздухе, вредно для организма человека, опасно для легких. Если вдыхать в большом количестве, возможны раковые заболевания", – считает врач скорой медицинской помощи Конц Бернадет.

Спасатель Андраши Ковач признается: "Мы постоянно пользуемся респираторами, но я все равно чувствую, что дышится очень тяжело. Появляется кашель. Раз в день мы приходим на ингаляции, и после них становится действительно легче. Горло перестает болеть".

От ядовитой пыли, которая буквально висит в воздухе, спасают только респираторы – и то лишь отчасти. Без резиновых сапог в городе, залитом токсичной глиной, тоже делать нечего. Но достать их не так просто – пришлось объехать несколько окрестных городков, что найти в магазине последнюю пару.

На въезде в Девечер еще совсем недавно был живописный парк с редкими столетними деревьями и дорожками для гуляний. Эта осень в Венгрии выдалась теплой, а потому листва в конце октября все еще зеленая. Зато в багрянец окрашена трава и стволы деревьев. Смыло и дорожки, и лавочки, и клумбы. Уцелела лишь горка на детской площадке. Сувенирную лавку тоже узнать можно только по вывеске.

Здесь произошла катастрофа, – говорит доброволец Арпад Орос. – Мы из Будапешта. Мы пришли сюда помогать. Не знаем точно, насколько утомительной работа будет. Но мы готовы помогать здешним людям"
.
На вопрос "опасаетесь ли за свое здоровье" он отвечает: "Немножечко. Мы знаем, что люди, которые здесь живут в достаточно тяжелом положении. Значит, им намного хуже, намного труднее, чем нам. Надеемся, что все будет нормально".

Защитный костюм, очки, респиратор, резиновые сапоги – так одеты солдаты химических войск Венгрии, спасатели, пожарные и добровольцы. Лопата и тачка – на данный момент единственное противоядие от красного шлама. Десятисантиметровый слой почвы, пропитанный канцерогенами, просто снимают и отвозят обратно в хранилище глиноземного завода. Работа тяжелая, и ликвидация последствий аварии может затянуться на год. Эти добровольцы – студенты и преподаватели столичного университета. Они приехали помогать тем, кто решил вернуться в полумервый город и пытается восстановить свой дом.

Во дворе местной школы дымят отсыревшие дрова. В котлах кипит обед. Здесь собираются волонтеры. Готовят также добровольцы – повара элитных ресторанов и просто сочувствующие. Парты вынесли во двор, и теперь это своего рода столовая для рабочих под открытым небом.

"Мы живем под Будапештом, и каждый день выезжаем сюда в 5 утра, чтобы успеть приготовить обед для рабочих. Мы привозим картошку, лук, перец, мясо. Всем этим делятся люди и магазины, в которые мы обращаемся. Успеваем делать примерно 250 порций в день. Еще привозим гуманитарную помощь – одежду, мебель, игрушки", – рассказывает доброволец Мадьяр Эндре.

Гуманитарная помощь приходит и в местную церковь из разных концов Евросоюза.

Священник Мод Миклош объясняет: "Мы всем помогаем, кто к нам обращается за помощью. Но в основном это люди, которые жили в этом городе. Постаремся максимально помочь – о чем бы не шла речь – продукты, ночлег, личные вещи, самое необходимое. Люди собирают пожертвования, делятся всем, чем можно. Вчера к нам пришла партия вещей из Италии.

В Колонтаре еду, одежду, бытовую химию и минеральную воду развозят прямо по домам. 90% населения сюда вернулось, несмотря на то что режим чрезвычайного положения в затопленных районах продлен до конца года.

"На въезде в город постоянно дежурит скорая помощь. Есть врачи. Мы постоянно ходям в масках. Я чувствую, что у меня болит горло – но никак особо не лечусь, пока не обращался за медицинской помощью. Только пью горячий чай. Если будет возможность, я перееду в соседний город Айка", – делится житель города Колонтар Лазло Фишли.

"Мы понимаем, что все это очень опасно для нашего здоровья, – добавляет его земляк Дьюла Ковач. – Здесь уже не будет нормальной жизни. В хранилище алюминиевого завода хранили еще и отходы от хрустального производства. Всем эти мы дышим. У нас есть огород – там остался перец, картошка другие овощи. Нас предупредили – что нельзя собирать урожай. И несколько лет еще нельзя будет на этой земле сажать".

Домашняя птица в венгерских поселках погибла почти вся – отмыть перья от жирных ядохимикатов невозможно. Но собаки и кошки спастись смогли – оказались проворней.

Ветеринар Атиолла Алберт показывает кота, которого нашли сегодня ночью в Колонтаре: "Он был весь в шламе, отмыли и поместим его на карантин – потому что он все это время находился в городе, пил отравленную воду. Всего мы нашли около 200 животных. Сейчас они находятся в приютах. В Айке и Эспреме".

Город постепенно приходит в себя. И жители Девечера, узнав, что наша съемочная групп из России, печально шутят: "У нас в Венгрии теперь тоже есть своя Красная площадь. Только по размерам она намного больше московской".

Общая площадь затопленных территорий в Венгрии – почти 800 гектаров. Эта земля отравлена на десятилетия. По предварительным оценкам, экосистеме Восточной Европы нанесен ущерб в 30 миллионов евро. Еще 73 миллиона требуют жители разрушенных домов.

"С каждым пострадавшим жителем мы индивидуально определим сумму компенсации. Мы будем добиваться того, чтобы большую часть материального и морального ущерба выплатило не государство, а завод, ведь именно руководители MAL виновны в трагедии. Мы хотим, чтобы завод выплатил 2/3 от суммы компенсаций", – заявляет адвокат пострадавших в катастрофе Мадьяр Дердь.

Завод в Айке, на котором взорвался резервуар с токсичными отходами, принадлежит концерну MAL, "Венгерский алюминий". Его руководство сначала арестовали, затем отпустили. Опасное предприятие запустили вновь. Правда, теперь оно национализировано.

"Власти Венгрии решили запустить завод вновь, потому что он имеет очень большое значение для экономики страны. Его простой уже привел к огромным убыткам. Кроме того, там очень много рабочих мест, где работают также жители пострадавших городов. В первое время завод будет работать не на полную мощность. И контроль за хранением ядовитых отходов будет более жестким", – обещает мэр города Девечер Томаш Толди.

В то же время завод – это бомба замедленного действия. Утечка шлама может произойти вновь. Власти страны сейчас спешно строят новую, более прочную дамбу. В городках, окружающих шламохранилища, установили системы экстренного оповещения населения о чрезвычайных ситуациях. В эти меры
верят далеко не все. Около двухсот человек уже отказались возвращаться в отравленные города. Возможно, пострадавших поселят в административном центре региона. Веспрем – он находится в 30 километрах от места аварии. Но и его население живет в страхе.

Россиянка Елена Шито переехала в Венгрию 16 лет назад. После катастрофы она внимательно следит за сообщениями на центральном телевидении: "После случившегося я как мать двоих детей я задумалась о том, как это может повлиять на их дальнейшее здоровье – то есть естественно, воздух заражается, почва заражается. Начинаешь задумываться об этом. Но переехать в какое-то другое место – нет. Мы очень любим наш хороший уютный городок, красивый. В России новости показывали, что произошло в Венгрии. Естественно, моя мама тоже позвонила в первую очередь. Волновалась, переживала. Но успокоила я ее, что все в порядке, что все хорошо".

Реку Марцаль, на которой и прорвало дамбу, уже можно переименовать в "мертвую реку" – вся флора и фауна погибла. Токсичные отходы она несет в Дунай, а оттуда – в Черное море. Вода обезвредит щелочь, тяжелые металлы осядут на дно, но яд все равно может попасть в организм человека через рыбу и перенестись на огромную территорию вместе с дождем. По масштабам экологического ущерба утечку на заводе MAL уже сравнивают с аварией на нефтяной платформе в Мексиканском заливе. Полностью преодолеть последствия техногенной катастрофы Восточная Европа сможет только через десятки лет.