Первый президент Евросоюза будет продолжать расширение ЕС. Об этом Херман Ван Ромпёй заявил сразу после избрания на новую должность. Историческое голосование прошло в Бельгии на экстренном саммите глав Евросоюза. Второй главный пост в ЕС – министра иностранных дел – получила британка Кэтрин Эштон. Что изменится в Евросоюзе с приходом нового руководителя?
Для переводчиков эта пресс-конференция была нервной. С трудом избранный президент ЕС Херман Ван Ромпёй решил показать, что он президент всех европейцев, и раз десять переходил с одного языка на другой. Он начал с французского, потом был английский, а дальше голландский – его родной. Смысл всех его слов: большие надежды на новое общеевропейское будущее, а свою роль он видит скромной.
"Позвольте сказать откровенно, мое личное мнение полностью вторично по отношению к тому, что думает Европейский совет – главы государств ЕС. Неважно, что думаю я. Я могу участвовать в дискуссии, но моя роль заключается в поиске общего мнения", – подчеркнул Херман Ван Ромпёй.
Компромисса добился шведский премьер (он на саммите председатель). Работа ему досталось непростая настолько, что Жозе Мануэль Баррозу на память решил подарить ему кубик Рубика. На сторонах – фотографии тех, кто теперь новые лица европейской политики. Кроме президента Ромпёя (с поста премьера Бельгии, он, кстати, уйдет) еще будет новый верховный представитель ЕС по внешней политике – баронесса Кэтрин Эштон.
"Для меня быть первой – это вызов, – говорит Кэтрин Эштон. – Я была первой женщиной – еврокомиссаром от Великобритании, первой женщиной на посту комиссара по торговле и горжусь быть первой женщиной на этом посту – верховного представителя ЕС по внешней политике".
О новых назначениях европейские лидеры договорились быстрее, чем ожидалось. Может быть, роль сыграла поддержка Франции и Германии: если две самых мощных страны ЕС согласны между собой, спорить с ними труднее.
В этом, кстати, и смысл новых принципов управления по новому Лиссабонскому договору. Теперь ни одна страна не будет иметь права вето и не сможет держать остальных членов ЕС в заложниках. Голоса крупных и населенных стран будут более весомыми, чем голоса малых, в основном, новых членов. Исключение – только вопросы внешней политики. Там так и останется принцип консенсуса.
Так что правила изменились. С новым президентом, главным дипломатом и новым договором после этого саммита это будет уже совсем другой Европейский союз.
