Москва30 октВести.Итальянская La dolce vita осталась на открытках для туристов. Сегодня "сладкая жизнь" выглядит приторной, если не пошлой. Рим все дальше от идеалов "певца венецианской роскоши" Паоло Веронезе и все ближе к очереди за социальным пособием. Страна балансирует на грани стагнации и экономического кризиса. Правительство Джорджи Мелони трещит по швам: вице-премьер Маттео Сальвини открыто требует прекратить финансирование Киева, на улицах Рима и Милана митингующие жгут плакаты с требованием "подумать об итальянцах", а сама премьер лавирует между обязательствами перед Брюсселем и собственной коалицией. Ведущий "России 24" Георгий Подгорный постарался понять, как из-за Украины весь Рим переругался.

В октябре исполнилось четыре года с тех пор, как Джорджа Мелони возглавила кабинет министров, став первой женщиной-премьером в истории Италии. Политик вступала в должность, обещая вернуть бренду Made in Italy былой лоск и славу. А вместе с тем укрепить национальную промышленность, бороться с бедностью, снизить зависимость от энергоносителей. Целей было много, в том числе сконцентрироваться на итальянских проблемах, а не на общеевропейских.

Предвыборные обещания по осени считают

Эти четыре года показали, что каток коллективного Брюсселя смял амбиции и цели Мелони, несмотря на - надо отдать ей должное - все попытки сопротивляться.

ЕС и НАТО фактически навязали Риму логику, при которой приоритетом стало не укрепление реального сектора экономики, а наращивание долга ради оборонных обязательств

Первое и самое главное, чем пришлось поступиться, — ресурсы. Наперекор интересам обычных итальянцев республика отказалась от дешевого российского газа. Сегодня в энергопортфеле страны он занимает всего лишь 2% против 41% в 2021 году. Но просто отказаться от газа мало — его все равно надо где-то закупать. По разным данным, стоимость закупки у США, Катара, Азербайджана и Алжира стала дороже примерно на 30%. По прогнозу, в этом году на импорт углеводородов Рим потратит 48 млрд евро. То есть в побеге от всего российского Италия сменила одну зависимость на другую. Только куда более дорогую, да еще и с затянутой политической удавкой.

А учитывая, что правительство Италии в этом году потратит порядка 600 млн евро на субсидии электроэнергии для населения, — это особый вид экономического извращения.

Высокие ценники на энергетику стали одной из гирь, которые потянули вниз промышленность — важную часть предвыборных обещаний Мелони. Вместо сильного производства — снижение: за последние четыре года показатель в моменте достигал минус 7%. И не будем забывать, что порядка 4 млрд евро было выделено Украине в виде военной помощи. Тоже существенный минус из бюджета.

Все это происходит в стране, которая не участвует напрямую в вооружённых конфликтах, на которую не накладывали тысячи санкций, а которая только действует по указке Брюсселя

Палаццо сопротивления

В Италии осторожно прогнозируют, что ВВП вырастет меньше, чем на процент (против снижения в прошлом году), увидят незначительный рост экспорта, а инфляция будет в пределах 3–4%.

Но за каждый евроцент или десятую долю идет битва. Так, Рим зарезервировал для себя в европейском фонде SAFE 14,9 млрд евро. По замыслу деньги из этой кубышки страны должны направлять на оборонные проекты. Только Италия не стала спешить эти деньги забирать, пытаясь направить средства на борьбу с энергокризисом. И пока Рим тянул, остальная часть фонда в 150 млрд была заблокирована для других стран ЕС, которые в том числе планировали направить их на поддержку Украины.

А еще при Мелони Италия не направляла военную помощь Украине с декабря 2025 года — несмотря на подготовленный 13-й пакет поставок. Под предлогом внутренних разногласий и ожидания выборов в Конгресс США Рим не спешит тратиться на Украину. Решение примут уже 3 ноября: отправить Киеву оружие или снова подождать.

Именно украинский вопрос спровоцировал раскол в правительстве. Вице-премьер Маттео Сальвини открыто выступает против поддержки Киева, ибо это не путь к миру. Против него глава МИД Антонио Таяни и министр обороны Гвидо Крозетто, которые выступают за продолжение поддержки киевского режима.

А кому нужна война?

Глобально ЕС, выстраивая курс на большую войну, пытается перезагрузить свою политику неверных решений, которые начались еще задолго до 2022 года. Тут и пандемия коронавируса, и миграционный кризис. А главное — объединенная Европа теряет (а точнее, уже утратила) лидирующие позиции на континенте и в мире. Заводы и фабрики постепенно закрываются или переезжают, наблюдаются признаки деиндустриализации, инфляция выходит из-под контроля.

Эффект от политики сегодня очевиден на улицах европейских городов, где люди, чей уровень жизни существенно снизился, громят все на своем пути. В том же Риме митингующие недовольны тем, что власти наращивают военные расходы и продолжают поддерживать Украину. На плакатах встречались надписи вроде "Нет больше оружию и деньгам Зеленскому… подумайте об итальянцах!" Люди не понимают, как можно отсылать деньги в карманы украинских коррупционеров, когда долг самой Италии — 138% ВВП.

Возможно, именно уличные протесты заставляют молчать лидеров Евросоюза. Вспомним, какую ревность вызывал диалог России и США год назад в Анкоридже, когда ЕС остался на обочине мировой политики. Сейчас проблемы абсолютно другие

Но все равно ставка на то, что война все спишет, все еще в игре. На фоне собственных провалов и попыток залатать дыры на тонущем корабле поддержка Украины выглядит если не инвестицией, то вложением, которое пока "могут себе позволить". По крайней мере, с точки зрения Брюсселя.

"Нам по карману" — пожалуй, одно из немногих объяснений абсолютно лишенной логики политики евробюрократов. Но так было в 2022 году, когда взорвали газопровод "Северный поток", годом позже — когда объявили о плане полного отказа от российских энергоносителей, а потом — когда вводили двадцать какой-то пакет санкций.

С особой осторожностью можно предположить, что деструктивная глухонемая стена всеобщей и безоговорочной поддержки Украины дала трещину. Ведь любая война — это противостояние ресурсов. Италия свои ресурсы, похоже, исчерпала

Сегодня те, кто обещал быть с Украиной до конца, начинают все чаще говорить о том, что конец этот должен был бы наступить быстрее. Так всем будет дешевле.