Москва2 июлВести.Будущие трансформации третейского судопроизводства в России стали одной из главных тем в интервью журналисту ИС «Вести» Марии Кудрявцевой с министром юстиции РФ Константином Чуйченко.
Он рассказал, что министерство юстиции Российской Федерации в сотрудничестве с Министерством экономического развития РФ подготовили комплекс мер, направленных на совершенствование института третейского разбирательства в стране.
Там есть 30 пунктов и 6 пунктов из них посвящены развитию третейского разбирательства. Два пункта имеют существенное значение, и они могут поменять вообще кардинально отношение к третейскому суду, если эти предложения будут внедрены, то, соответственно, это может явиться толчком к развитию третейского разбирательства
рассказал Чуйченко
Он подчеркнул, что это необходимо для того, чтобы третейские суды могли принимать обеспечительные меры.
И второе – то, что решение третейского суда, если оно вынесено постоянным учреждением, третейским судом, созданным в порядке ad hoc [временный арбитраж, который стороны создают "для определенного случая". В отличие от постоянно действующих арбитражных учреждений, у него нет штатных судей, постоянного секретариата или фиксированных сборов]. Эти решения должны иметь силу уже исполнительного документа. То есть, если они подписаны так называемым реестровым третейским судом, потому что у нас есть такая идея, что нужно: постоянно действующие третейские учреждения должны подавать список, и этот список будет заноситься в Единый реестр третейских судей. И, соответственно, если судья находится в реестре, а это понятно, люди должны с соответствующим уровнем квалификации, образования, репутации, то если решение подписано этим судьей, то можно ему придавать силу, как говорится, исполнительного листа и нет необходимости тогда это решение "засиливать" [придавать дополнительную силу] в государственном арбитражном суде
рассказал Чуйченко
Ранее он заявил, что международные отношения сегодня становятся перед дилеммой, как дальше развиваться. Нынешняя геополитическая напряженность во многом обусловлена тем, что международное право утратило свою центральную роль, а Совет Безопасности ООН лишен прежнего влияния.
