Тема:

Конфликт вокруг "МК" 8 лет назад

"Московский комсомолец" нахамил депутатам

Безобразный скандал разразился на прошедшей неделе. Его спровоцировала публикация в газете "Московский комсомолец", где в оскорбительной манере говорилось о женщинах-депутатах Госдумы.

В XIX веке эта история закончилась бы дуэлью. Скорее всего, на пистолетах — холодное оружие в России выбирали редко.

Все, что происходило после статьи в "Московском комсомольце", было бы невозможно — дуэльный кодекс запрещал контакты между сторонами с того момента, как оскорбление зафиксировано. Сейчас там, где в XIX веке вызывали на дуэль, мы пишем в Twitter. И поток обвинений становится таким, что и стреляться-то бессмысленно, — непонятно, кому и с кем.

С точки зрения содержания, статья вроде бы ничего не предвещала. Там — все то, за что трех женщин из "Единой России" — Яровую, Лахову и Баталину — ценят сторонники и ругают противники: "закон Димы Яковлева", ужесточение требований к некоммерческим организациям, возвращение в Уголовный кодекс статьи о клевете. Но название авторской колонки — "Политическая проституция сменила пол". И пояснение: "теперь все, как в жизни".

"Ленин употреблял термин "политическая проститутка" довольно часто. Он сегодня растиражирован в фильмах, в книгах", — оправдывается главный редактор "Московского комсомольца" Павел Гусев.

"Павел Николаевич, если Ленин позволял хамить своим политическим оппонентам, то вы пошли дальше — воспользовались словами Ленина, чтобы нахамить женщинам", — заявила депутат Ольга Баталина.

"Что такого оскорбительного? "Танк в юбке" можно сказать. Есть и другое выражение — "конь с яйцами", — говорит журналист Георгий Янс.

"Как это не оскорбительно?! У меня семья, внуки. А тут такое написали!" — возмущена депутат Екатерина Лахова.

Судя по записям в Twitter, одним из первых прочел статью Андрей Исаев. Отреагировал молниеносно — назвал издание "мерзкой газетенкой", авторов статьи — "мерзавцами" и, пригрозив жестким ответом, процитировал лозунг Болотной: "Не забудем! Не простим!" С этого момента стороны удары друг друга уже не пропускали.

"Исаев должен извиниться, и конфликт будет исчерпан", — уверен Павел Гусев.

"У него мания величия, — отвечает депутат Исаев главному редактора "Московского комсомольца". — Он ассоциирует себя со всеми журналистами сразу. Ему для начала нужно извиниться самому — перед женщинами, не только перед теми, кто назван в статье, но, в принципе, перед женщинами. В статье, например, есть такие слова: "проституция — это чисто женское занятие".

"Мы направили соответствующее обращение в профильное министерство, в Роскомнадзор, в правоохранительные органы, в Общественную палату и Союз журналистов. Когда мы соберем позицию всех этих ведомств и организаций, мы решим, каким образом дальше защищать права наших оскорбленных коллег", — отметил заместитель председателя Госдумы РФ Сергей Железняк.

В специальном заявлении Госдума потребовала от Гусева уйти из Общественной палаты, где он — председатель комитета по СМИ, и из Союза журналистов Москвы, где он — главный. Гусев сказал, что не уйдет, а хочет, чтобы Следственный комитет и Генпрокуратура завели на Исаева дело, ведь он обещал жестко ответить. И чего теперь ждать автору?

"Если они себе позволяют трактовать мои слова как оскорбление, почему мне запрещено трактовать их слова как угрозу, угрозу от человека, который облечен властными полномочиями?" — спрашивает Георгий Янс.

"Как депутат Государственной Думы я обязан угрожать тем, кто, с моей точки зрения, нарушает закон, общественную мораль. Но чем угрожать? Я могу угрожать судом, общественным моральным осуждением, которое осуществляется в рамках закона. Этим я, безусловно, угрожал", — сказал Андрей Исаев.

На фоне скандала выяснилось, что обиженных на "МК" гораздо больше, чем одна фракция.

"Надо добиться реорганизации этой газеты. Надо забрать ее у Гусева. "МК" хуже, чем афганский героин", — уверен руководитель фракции ЛДПР Владимир Жириновский.

После такого газета переключилась на Жириновского. Ему припомнили все конфликты с женщинами, а всю Думу назвали "Думой легкого поведения". Депутаты в ответ усомнились, законно ли "МК" была передана типография и что там печатают.

По версии редколлегии "МК", в газете знали, что ролик, в котором будет утверждаться, что журналисты издания за большие деньги пишут заказные статьи, появится, и, сообщив, что многие его герои уже не работают, отдали его на экспертизу. То же самое сделали и единороссы. Они также предложили, чтобы те издания, которые публикуют рекламные объявления сомнительного свойства, были лишены налоговых льгот.

"Мы сдаем эту площадь рекламному агентству, которое размещает все, что не запрещено законом", — пояснил Гусев.

"Не надо из людей дураков делать. Газета не имеет никакого морального права, если уж мы берем юридическую сторону, поливать грязью людей, когда сама является своднической", — считает депутат Михаил Маргелов.

В ситуацию вмешался спикер Госдумы Сергей Нарышкин и попросил снизить накал эмоций. "Просил бы вас, уважаемые коллеги, и вас, журналистское сообщество, не забывать, что свобода слова — одно из главных завоеваний демократической России и его не следует разменивать на сиюминутные политические конъюнктуры. Свобода слова — это условие развития, но это же обоюдоострое оружие, неумелое использование которого может привести к катастрофе", — заявил он.

К концу недели аргументы противников значительная часть страны знала наизусть. В Думе говорили: нельзя оскорблять женщин; авторы статьи — причем здесь половая принадлежность, если речь о депутатах. И так — по кругу. И не по одному.

"Если человек пошел в политику, он потерял сразу свой пол. О чем здесь говорить? Какая здесь логика? Глупость сплошная. Эти дискуссии перешли всякую грань дозволенного. Нет никакого уважения к женщине. Раньше достаточно было позволить себе нечто в этом роде, и человеку переставали подавать руку, потому что он себя обесчестил этим", — подчеркнул директор православной гимназии, председатель правления Высшего монархического совета Зураб Чавчавадзе.

В XXI веке понятие "выяснение отношений" имеет совсем другую стилистическую окраску, чем в XIX. Вызов на дуэль необязательно предполагал убийство или кровь — иногда достаточно было просто показать готовность отвечать за свои слова.